— Мориц, лови!

Я бросил свое легкое весеннее пальто в руки самому шустрому и разгневанному, оказавшемуся впереди всех недовольных. Он машинально его принял и в недоумении уставился на внезапно появившуюся в руках вещь

Всё! Товарищ выключен из переговорного процесса, в котором главным аргументом является мордобой! Хорошо, что я на поезде приехал — меньше поводов дразнить возбужденных мужиков.

— Что за дела, парни? Чем я вам вдруг не угодил?

Нефтяники сбились в кучу. Морды хоть и напряженные, но проблески сознания в глазах замелькали.

Алексей, глава артели и тезка моего сына, тезоименитство которых мы отмечали буквально на днях, смущенно вышел вперед.

— Василь Петрович! Тут вот какое дело. Мы все вроде как владельцы участков, а вроде как бы нет. Нефть-то ваша. А мы в пролете. В смысле денег. Не зарплаты, а доли от прибыли. На всяк случай добавлю: не моя эта точка зрения. Кто-то мужикам смуту в голову надул. Вот все и возбудились.

— Понятно! — кивнул всей честной компании. — Значит, разговор, у нас будет серьезным. Самоварчик поставили? Или Мориц пивка подтащил? Есть чем горло промочить?

— Да мы… Вроде как спонтанно… Не ждали так скоро…

— Ну, спонтанно так спонтанно. Неужели понимаете это слово? Чую я, здесь какая-то дворняга порылась в мусорке. Хвостиком помахала, лаять научила и сбежала. Ведь так?

Артельщики смущенно потупили взгляд. Мориц, как стоял с моим пальто, так и стоял. Только спину выпрямил как на плацу. И сверлил меня взглядом, будто я у его бабушки вязальные спицы украл.

— Да что вы парни очкуете? Неужто думаете, я не понял, откуда ветер дует? «Стандарт», мать его, «ойл». Заметил, что мы остановили отгрузку нефти, и сразу засуетился.

— А чего мы вправду перестали нефть на север отправлять и понапрасну ее сжигаем? — спросил самый бойкий, и мужики поддержали его согласным гулом.

— А то не вашего ума дело!

— Как не нашего? Мы все владеем тут землей. А значит, и правом на добычу. Хотелось, как бы, знать, куды наши денежки текут. Или не текут, а с дымом в небеса улетают.

Понятно. Промышленный шпионаж через провокацию рабочего конфликта. Прилетела серая ворона. В уши накаркала. Тяжёлый выйдет разговор.

— Так есть, Мориц, пиво в заначке? — буднично, не повышая голоса, осведомился я. — Чтоб в горле не пересохло, пока будем рядить-судить. Разговор у нас выйдет долгим. Лет пять припомним, что да как у нас стряслось за это время. Кто какие документы подписывал. Кто кому должен. Ну и далее по списку.

Мориц неожиданно улыбнулся. Прижал к груди мое пальто и выдал:

— Для тебя, Босс, у меня всегда пиво найдётся!