Выходные — это хорошо… Шашлыки там, купание-загорание, пиво в банках… вчера, ибо за рулем Руслан не пил. Жаль, что они всегда кончаются.
— Ух ты, — прошептала Аня.
Справа виднелась крыша кафешки «В долгий путь». Название оказалось не совсем удачным: кафе строили уже, наверное, года три и все никак не могли достроить. И вот сегодня там видна какая-то движуха… Стоит несколько легковушек…
Висит огромный плакат: «МЫ ОТКРЫЛИСЬ!!!» Три восклицательных знака явно показывали, какое облегчение испытывали хозяева кафе.
— Пап, смотри, «Долгий путь» открылся!
— Правда?
Руслан отвел взгляд от дороги буквально на секунду…
Не отвлекайтесь от управления автомобилем. Даже если дорога перед вами пряма как стрела. Даже если ни спереди, ни сзади нет ни одной машины. Даже если нет кустов, из которых любят выскакивать дети. Опасность может прийти с совершенно неожиданной стороны.
С высоты, с очень-очень большой высоты — может быть, даже из космоса, кто знает? — на землю падало нечто. А может быть, не падало, а просто двигалось куда-то по своему пути. По пути, на котором оказался старый уазик.
— Черт!
Руслан ударил по тормозам, но опоздал. Ему не хватило той самой секунды.
Падения непонятной штуки он не видел. Для Руслана все выглядело так, будто на дороге возникла дрожащая клякса, похожая на полупрозрачный силуэт огромной летучей мыши, пронизанный маленькими электрическими искрами. «Клякса» мгновенно исказила обзор, заставив пространство расплываться.
Завизжала Аня.
Автомобиль, не успев затормозить, влетел прямо в центр непонятного явления.
Наступила тишина.
Исчезла «клякса».
Исчез автомобиль.
Вместе с Русланом.
Вместе со всей его семьей.
Часть первая Никто Глава 1 Над далекими кустами всходило утреннее солнце. Прохладный ветерок колыхал волнами желтое поле. Щебетали птички. Руслан медленно-медленно отцепил дрожащие руки от руля. Юля выдохнула. — Папа… Аня еще не пришла в себя после бешеной скачки на УАЗе по полю, которое неожиданно возникло вместо гладкого шоссе. Сзади за автомобилем тянулась длинная широкая полоса примятой пшеницы… или не пшеницы? Открылась дверь уазика. Руслан медленно вышел, стараясь успокоиться. Каким чудом машина не перевернулась, он и сам не знал. Повезло… Захлопали дверцы. Жена и дочка выбрались следом. — Папа, что случилось? Овес. Низко наклонившиеся метелки колосьев, характерное зерно. Овес. Желтый, созревший, каким он никогда не бывает в самом начале лета. — Не знаю. — Что это было? — Юля видела то непонятное нечто, которое бросилось на их машину, перед тем как… Перед тем как — что? — Не знаю. Возле уазика, посреди желтого поля, стояли три человека. Отец, чуть старше тридцати, среднего роста, светловолосый, голубоглазый, в синих джинсах и черной футболке. Мать, с длинными черными волосами, тоже одетая в джинсы и клетчатую рубашку-ковбойку. И дочка, десятилетняя светленькая девочка, опять-таки в джинсах и розовой футболке со стразами. Они стояли посреди поля. Неизвестно где. — Где мы? Руслан не ответил. Он рылся в багажнике, грохоча разнообразными железками: домкратом, инструментами, мангалом с шампурами. — Руслан? — Юля, — Лазаревич не отвлекался, — нас перенесло. Куда-то и как-то. — Как? Что это за летучая дрянь была? — Юля! — Руслан все-таки выпрямился и посмотрел на жену. — Нас перенесло. То, что это сделало, не было похоже ни на взрыв, ни на смерч. На этом рациональные объяснения у меня закончились. Остается только фантастика. — Портал? — Юля тоже любила фантастику. Руслан наконец достал то, что искал. Старое ружье ИЖ-27 и потертый брезентовый патронташ. Открыл стволы и начал заталкивать патроны. — Руслан, ты что? — Юля, нас перенесло. Неизвестно куда. В лучшем и самом маловероятном случае — это другой материк. В худшем — это другой мир, другое время, другая планета. И я не хочу просто стоять и смотреть, когда из-за поворота выскочит лихая дружина веселого барона или эльфы верхом на орках, или лиловые осьминоги с бластерами… Патроны не влезали. Или руки дрожали слишком сильно. — Ага, или милиция с мигалками. Полиция, в смысле. Как ты им ружье объяснишь? Руслан вставил два красных патрона — с картечью, — захлопнул ружье с громким щелчком и положил его на переднее