повесился Есенин? — Ага, та самая. — А другой ты не мог выбрать? Как-то страшновато… — Юля, Есенин влез в петлю в «Англетере» уже при большевиках. А сейчас он жив-здоров и прекрасно себя чувствует. Так что его призрака мы не увидим. — Все равно… — Пожалуйста, мистер Лазаревич. — Портье протянул ключ с деревянным брелоком, на котором красовалась выжженная цифра «пять». Вообще-то, несмотря на все заверения «знатоков» двадцать первого века, в гостиницу их без документов селить не хотели. Выручил только «амэрриканский» акцент — к иностранцам на Руси издавна относились как к убогим и юродивым, — пара рублевых бумажек и страшная клятва не признаваться. — Благодарю. — Руслан опустил в ладонь портье монету и двинулся вслед за тянувшим их сумки коридорным, еле слышно напевая: «А в тридцать три Христу, он был поэт, он говорил: „Да не убий“, убьешь — везде найду, мол…» Он предполагал заселиться в гостиницу и сразу же выехать к Фрезе — адреналиновый ураган, бушевавший в крови от поездки по императорскому Питеру, требовал действий. Однако девчонки взбунтовались. В итоге выехали они только после плотного завтрака, душа, парикмахерской, где Юле с Аней сделали прически, а Руслану превратили недельную щетину в короткую бороду. После не менее плотного обеда девчонки высказали было желание вздремнуть и отправить отца и мужа одного искать своего автомобильного мастера. Но тут уже непреклонным был Руслан. После событий в Луге он боялся оставлять их одних. Так как полицейский не подряжался постоянно водить их по городу и, получив желтую бумажку, уехал, пришлось договариваться с гостиничным персоналом о том, чтобы отпустили одного из сотрудников показать дорогу до Эртелева переулка. Ну как договариваться… Руслан с надменным видом Мистера-Твистера — только сигары, дымящейся из-под полей низко надвинутой шляпы, не хватало — спросил, может ли кто-нибудь проводить его до места. Тон вопроса подразумевал, что возражения не принимаются. Опять поездка — с сидящим на переднем сиденье болтливым пареньком по имени Кондрат, решившим, что его пригласили на роль экскурсовода, и возмещавшим поездку на «таком авто» словесным потоком. — Это улица Гороховая… — Кажется, здесь жил Распутин, — вспомнил Руслан. — Почему жил? — обидчиво покосился Кондрат. — Он и сейчас здесь живет. Вон дом номер шестнадцать. Аня чуть не выскочила из машины, разглядывая горчичного цвета дом. К ее разочарованию, над ним не вились летучие мыши и вороны, да и вообще дом не походил на обиталище колдуна. — Красный мост. Назван