Девушке оставалось лишь расслабиться, не переставая стонать она так и лежала, пока тело её становилось всё жарче. Грудь её подскакивала от каждого вхождения, а шею вовсю целовали губы хозяина. И вот возбуждённое тело пробило дрожь, а голосок слегка сорвался.

Немного передохнув Ада тут же слезла, желая помочь своему хозяину ртом. Совсем без стеснений и каких-либо проблем она взяла член в свою глотку на всю длину. Мягкий язычок слегка двигался, своим ртом рабыня работала на ура, уравнивая разницу в выносливости с помощью оральных ласк. В последний момент она снова полностью заглотила большое достоинство аристократа, после чего не проронила ни капли.

С громким вздохом рабыня отлипла от паха. Грудь её высоко поднималась, а дыхание — восстанавливалось. Взгляд изумрудных глазок оказался прикован прямо к хозяину, пока язычок ехидно облизывал губы. Без продолжения здесь обойтись просто невозможно.

Так что после этого утренний секс не закончился. Девушка грациозно проползла вперёд, виляя своим задом. Прямо как кошечка, хотя скорее тигрица или львица, учитывая самую настоящую гриву рыжих волос. Естественный насыщенный цвет, чистота и ухоженность, именно они являлись главным достоинством рабыни, а не большие и упругие сиськи с подтянутой задницей.

После каждого движения все смотрели не на допущенные ошибки, ведь огненных шлейф переводил всё внимание на себя. При использовании диадемы так и вовсе волосы будто начинали светиться и гореть огнём. Если ещё раньше довольно щедро одарённая объёмами Ада могла выделяться именно своей фигурой, то теперь первый взгляд всегда принадлежал огненным волосам, а второй — изумрудным глазам, которые уже становились контрастнее и ярче, как и у почти всех магов.

Тем временем уже перестроился Ланс, обхватив осиную талию обеими руками. Выгнув спинку Ада сразу же, принялась стонать с новой силой, ведь всё ещё была на взводе. Глазки же её начали постепенно закатываться, а в их сияние можно было заметить исключительно похоть.

Грудь девушки двигалась в такт жёстким движениям, пока до них не дотянулись руки хозяина. Одно движение и рабыня уже поднялась и оказалась прижата. Движения ускорились ещё сильнее, дыхание то и дело прерывалось на очередной стон. Горячие бёдра становились уже не просто влажными, а мокрыми. Ланс же продолжал слегка покусывать шею и дерзко подёргивать девушку за набухшие соски, от чего у той то и дело снова прерывалось дыхание.

Вскоре Ада начала терять контроль над телом и снова повалилась на кровать. Быстро девушка нашла подушку и потащила её к себе, чтобы уткнуться лицом. Но сладкие стоны всё равно оставались громкими и проходили даже сквозь кровать.