— Как же жарко! Я искренне завидую вашей выносливости, — тут же остроухий завёл светскую беседу. — При такой температуре и без парочки ледяных артефактов! Можно даже подумать о вашем плачевном финансовом положении, только вот своим рабам вы хладные ожерелья купили.

— У меня есть некоторые свои секреты, которые помогают справится с перепадами температур. Хотя сейчас уже не так и жарко, пик пришёлся на середину лета, сейчас же климат нормализуется. И ледники из Орта Миос более чем справляются с охлаждением города.

— Да, вы правы. Просто моя утончённая натура и нежная кожа нормально себя чувствуют только при двадцати двух максимум двадцати четырёх градусах.

И вдруг сразу же после этого заявления без спроса или разрешения, совершенно внезапно, Алентина подошла прямо к двум идущим гражданам, чем вызвала некоторое удивление других рабов, ведь живым вещам нужно было держать почтенную дистанцию, чтобы не напрягать хозяев и не дышать тем в спину.

Господин Фенлистин удивлённо остановился и повернулся к подбежавшей рабыне. Та в свою очередь нагло впилась взглядом в лицо эльфа, а через считанные секунды протянула ледяную маску.

— Благодарю, — подняв брови произнёс Алмер и сразу же надел подарок. — Ох, так действительно куда лучше! И как точно подогнан!

Лансемалион никак произошедшее не прокомментировал, лишь улыбнулся и про себя снова ругнулся. Своеволие живых рабов в последнее время слишком часто проявляется в неожиданных ситуациях. Такими темпами можно и контроль над ситуация потерять.

Впрочем, сам эльф, кажется, ничего и не понял. Он посчитал, что произошедшее является частью плана аристократа, который любезно предупредил обо всём своих рабов, чтобы таким образом получить дополнительную симпатию. Всё же редко когда господин Бальмуар терял над чем-то контроль и эта репутация за ним прочно закрепилась.

Вовремя подсуетилась и Эллинеш. Искусительница тихо, ненавязчиво, уже начала объяснять Алентине, что так делать нельзя. Ведь инициатива должна оставаться разумной и уместной, иначе можно легко опозорить своего хозяина в глазах других граждан излишнем своеволием.

Вскоре показался и дворец. Белый кирпич, богато украшенный золотом фасад, множество шпилей, три оазиса во внутреннем дворе и четырёхэтажная теплица соединённая с алхмической лабораторией с латунными резервуарами и дымящими трубами. Роскошно, дорого, масштабно, но чего-то более Лансемалион Бальмуар сказать не мог. Даже какие-то нелепые пирамиды Надии Ишар выглядели интереснее, а это место… Оно какое-то стерильное, хотя важно понимать что Торан так-то матёрый военный, наверное ему больше нравится минимализм и практичность.