Как только невольники выбежали наружу, то сразу же активизировались и нападающие. Смеющиеся лучники в довольно хорошем снаряжении удобно устроились на границе лагеря, шутили, болтали, даже еду с собой взяли и вели прицельную стрельбу на довольно приличном расстоянии.

Эти лучники не являлись простыми солдатами, более того судя по их снаряжению и поведению, они из числа землевладельцев. Не рыцари, не лариосы, а те самые зажиточные алетисы, которые стоят повыше других и с которыми в плену порой обходятся не хуже, чем с благородными.

Йомены, зачастую они обрабатывали свою землю своими же руками или же являлись ремесленниками. Денег у них было куда больше, ведь не приходилось платить налога рыцарям Эдема, однако также у них имелись и дополнительные обязанности. Не платишь налогов, чтобы рыцарь мог кормить своего боевого коня? Значит будь добр явиться на войну сам. Это они и делали.

Однако из-за необходимости возделывать землю и также работать на своих землях, они не могли посвятить всю свою жизнь военному ремеслу. Денег на латы не хватит, как и на содержания породистого скакуна, который будет бесстрашно топтать черепа пехота, поэтому зачастую йомены зачастую оказывались где-то среди обычных солдат. Но их можно выделить как раз по снаряжению и веселому лицу. Ведь те же лучники, которые сейчас занимались спортивной стрельбой по живым мишеням, вполне вероятно являлись подмастерьями своих отцов и в мастерских по производству тех же луков и арбалетов, что выражалось в достатке и опыте стрельбы.

И даже если зажиточный алетис занимался буквально возделыванием земли, работал в теплицах, то всё равно либо он сам, либо его дети, тратили часть своего времени на подготовку к очередному сбору знамён. Как правило такие смертные выбирали себе в качестве оружия копьё и щит, что-нибудь простое и незамысловатое. Никаких мечей, которые и стоят дороже, и содержать их крайне проблемно из-за постоянных зазубрин и сколов после боя. Снаряжение им также покупала семья. И да, стоит также уточнить, что им всё же платилось жалование, опять же более высокое, чем простым солдатам. Их же впоследствии делали командирами отрядов пехоты, хотя до лариоса они как правило не дослуживались.

— Что же… с таким численным превосходством они явно долго ждать не будут, — произнёс Беринот Терейский, когда первые деревья в лесу начали падать. — Осада началась и нас ждёт море крови.

С этим аристократ не мог не согласиться. В Ландосе существовали традиции и доблести, согласно ним никто не смел трогать мирное население и для битв всегда выбирались специальные места. Однако это лишь суровая необходимость жестоких реалий творений Этия, которая никак не может говорить о какой-то высокой морали местного населения. Скоро начнётся резня, жестокая и беспощадная, лицемерная и эгоистичная, в которой руки выживших станут стальными, а сердца — гранитными.