И вот даже сил диадемы, что подпитывается харом напрямую от ардии паресиса стало не хватать, чтобы испарить стремительные потоки жидкости. Кажется, свою слабость поняла и сама рабыня, меч которой опустился, как уменьшилась и пламенная аура. Всего мага огня окружила вода, принимающая форму шара.

— Вот и всё… — тихо произнёс Кракен, испытывая грусть из-за утраченного потенциала этой битвы.

— Наступил полдень… — в тот же миг мелькнул внутренний голос Ады.

И тут же клинок взметнулся к небу, разрезая не успевшую стать льдом воду и перехватывая лучи необычайно яркой родной звезды. Сверкающая поверхность могучего артефакта впитывала силу, но большая часть силы Палящего Солнца перенаправлялась и обретала новую форму, подстраиваясь под тени Кихариса. Никакая вода и лёд не могли остановить свет, что ударил прямо в глаза Кракена.

Луч расплавлял водяную броню, сушил воздух и позволял закрепится огню на чуждой ему территории. Был потерян контроль над водяной ловушкой и пылая праведным гневом Огненная Бестия уже мчалась к своему врагу по платформе, в свою очередь сама платформа тоже двигалась прямо к цели, чтобы навязать ближний бой.

Поцелованная Огнём, прошедшая через испытание Песка и Солнца, сама того, не подозревая она сияла совершенно не огнём, а величием собственной нации, принадлежность к которой определяется не цветом кожи и не место рождения. Подобный комете клинок тут же опустился на врага, оставляя огненный хвост за собой. Песнь пустыни слышалась в каждом движении, и опешивший от такого натиска враг в смятении отступал всё дальше.

В ужасе Кракен осознал, что не может разорвать дистанцию. Пение феникса рвёт душу, Солнце внезапно стало палить чрезмерно сильно, а стоит только отпрыгнуть в сторону, как прямо под ногами появляться новая платформа, которую себе подгоняет противница.

Очередной манёвр и попытка уклонения, как вдруг маг воды замечает лёгкое движение левой руки своей противницы. Прямо на упреждения к нему летят странные сверкающие харом… какие-то маленькие кусочки металла грубой формы. Даже страшно было подумать, что это за дрянь, раз она так сияет энергией.

Рефлекторно Кракен ушёл в сторону, но этого Поцелованная Огнём только и ждала. В безумии схватки она нанесла три удара, рассекла латную перчатку и кисть, оторвала режущими ударом наколенник и выбила сустав, после чего едва успела замедлить последнюю атаку у сердца противника, уже объявившего от сдачи: клинок ударил ровно в оставленную в первый момент очень глубокую царапину, создал трещину и вошёл между рёбер, едва не нанеся смертельной раны.