— Нет! — наконец-то своё загадочное молчание нарушил епископ, со сталью в голосе отрезав предложение. — Левиафана трогать нельзя!

— Это ещё почему⁈ — усмехнулась Надёжная Сестра, которая тоже придерживалась радикального способа решения, ведь он единственный возможный и логичный.

— Потому что таково слово архиепископа, слуга!

— Объяснения епископ! Объяснения или не мешайте нам спасать Эдем! — снова терпение сотрудницы было утеряно, но будто повинуясь заклинанию, эмоциональный фон смертной опять успокоился. — Почему потоки хара не утихают? Обряд не закончен? Враг готовит что-то ещё? Что они задумали, епископ? Что вы там прячете в своих хранилищах?

— Я не могу этого сказать! Не надо меня об этом спрашивать! Как вы не понимаете… — устало ответил епископ и схватился за голову. — Разве слова архиепископа уже недостаточно? Или быть может вы не верите мне? Мы отдали всё во служение этому миру! Всё! Так во имя Этия, послушайте нас и не совершайте ошибку! Не просите ответов, с которыми вы не будете знать, что делать! Они сведут вас с ума и уничтожат изнутри! Прошу…

На некоторое мгновение воцарилась тишина, если не считать постоянных залпов орудий, гремящего металла и эха тысяч заклинаний. Ведь битва не закончилась, она лишь сменила декорации. Ну и ещё сократила поголовье смертных, ведь далеко не все нашли возможность быстро убраться со своих кораблей и пережить цунами.

— Ох… вот же срань… — раздался тихий голос поднявшегося на волне янтарноглазого мага.

Заклинание вражеского паресиса переломало все кости, но такая мелочь не способна убить действительно сильного мага. На ходу конечности срастались, раны затягивались, а значительный объём свободного хара поглощался напрямую в ардию. Большая часть сознания залатывала раны, пока физическое тело выполняла простую и однозначную цель: прошлая броня и оружие сломалось, но трупов здесь хватает. Через тридцать секунд аристократ уже стоял в полной боеготовности перед епископом.

— Мне нужен приказ, — прямо и без сомнений произнёс Лансемалион Бальмуар, всегда готовый прогрызть глотку любому по велению своего хозяина будь то отец, Гильдия или духовенство.

И эту черту характера сейчас прекрасно видели все, ведь в этих обстоятельствах все уже приняли свои истинные облики. Храбрый и стойкий адмирал, всегда готовый преподнести решение, даже если на улице начнётся сам День Гнева. Не такая уж и идеальная Надёжная Сестра, привыкшая к бумагам и таблицам, но совершенно не способная в словесные переговоры, особенно когда авторитет её организации не даёт никакого преимущества. Епископ, верный слуга Этия, сильный духом, но скованный по рукам и ногам непонятными ни для кого цепями. Даже душа подбежавшего лекаря с зельями оказалась кристально чиста в окружении хаоса, сквозь который нужно нести спасение и исполнять свой долг целителя, борясь с малодушным желанием сбежать и спрятаться от битвы.