— Так ведь вокруг никого, — заметил Артём, принявшись крутить головой по сторонам. Егерю пришлось схватить его за рукав и оттащить от окна.

— А в воздух ты смотрел? — поинтересовался мужчина и указал на крошечную чёрную точку в небе. — Это туркон, невероятно быстрый ястреб, с острыми когтями и возможностью разорвать обшивку автомобиля, я уже не говорю об одежде. Сейчас он парит высоко в небе, высматривая добычу, но никто не знает что придёт ему в голову в следующее мгновение. Стоит вам всего на пару-тройку секунд выпустить его из вида, он может устроить неприятный сюрприз.

— Разве такие птицы атакуют большие объекты? — удивилась Лера.

— Ради добычи — нет, но он может посчитать, что мы вторглись на его территорию, или охранять гнездо, расположенное в одной из трещин того отвесного каменного холма, который вы видите вдалеке, — объяснил егерь.

После его слов желающих поближе рассмотреть красоту дикой северной природы не осталось. Все старались держаться подальше от окон. Благо, размеры машины позволяли.

Ехать пришлось достаточно долго, потому как к поселению отшельников не вело ни единой тропы. Приходилось пробираться по бездорожью.

— Угораздило же людей забраться в такую глушь! — не сдержался Мокроусов, в очередной раз клацнув зубами после того, как машина подпрыгнула на высокой кочке.

— Захочешь жить — ещё не туда заберёшься, — оскалился егерь. За время путешествия мы успели поближе познакомиться с ним. Его звали Мефодий Кузьмичёв, родился он в Новомихайловске, но жизнь помотала его по всей губернии. Лишь к началу четвёртого десятка он вернулся в родные края и занялся тем, что ему даётся лучше всего — охотой на дикого зверя. Судя по длинным шрамам на его левой руке, охота не всегда была удачной.

А вот второй егерь, который сел за руль, заметно отличался от общительного Кузьмичёва. Он хмурился, изредка поглядывал на нас через зеркало заднего вида, но вслушивался в каждое слово, оброненное в салоне. Эдакий неумелый шпион, который плохо маскирует своё поведение и слишком нервничает на задании. Хотя, причины для недовольства и волнения у него были. Мы и так ехали очень медленно, а ближе к вечеру и вовсе застряли. Пока водитель менял колесо, Кузьмичёв расхаживал вокруг него с винтовкой наперевес, готовый использовать её по назначению, если придётся. Но самой страшной опасностью стали не дикие животные, не стали голодных лыкусов или бер, а комары. Тысячи этих противных существ образовывали самые настоящие тучи, от которых не спасала ни одежда, ни стёкла в машине. Они находили способ просочиться даже внутрь салона авто и одолевали даже там.