Пусть я немножко сошла с ума! Пожалуйста! — Да. — Я не пойду! — вырываясь из его захвата, выдала я, прижимая сумочку к груди. — Ты знаешь… совершенно не хочу есть. Давай… давай я тебя в машине подожду, а? Бесфорт смерил меня внимательным взглядом и ехидно поинтересовался: — Кэрри, ты что, струсила? — Ничего я не струсила, — нервно поправляя волосы, отозвалась я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. — Просто не голодна. И отмечать свое увольнение не хочу. — Точно струсила, — констатировал мужчина, улыбаясь все шире. Но на слабо меня поймать сложно. Я давно вышла из того возраста, чтобы реагировать на подобные провокации. — Думай что хочешь, но я туда не пойду! — Почему? Только честно. — Потому что ресторан «Сайлос» — самое пафосное, дорогое и крутое место в столице. Очередь здесь надо занимать за месяц-два вперед. Моих денег хватит лишь на стакан воды без газа! Бесфорт, если ты хотел пустить мне пыль в глаза, то зря тратишь время. Я туда не пойду. — Не переживай. Я тебя пригласил, я и оплачу счет. Тебе не стоит волноваться. А столик тут для меня всегда держат. — Для тебя? — переспросила я, нахмурившись. И в который раз подумала о том, что переход Бесфорта-мальчишки, семья которого считалась одной из самых неблагополучных у нас в районе, в Бесфорта-миллионера, владельца крутого клуба, для которого держат столик в самом пафосном ресторане, прошел как-то мимо меня. Да, я всегда была слишком зациклена на учебе и большом светлом будущем, но… как вообще я могла такое пропустить?! — Спасибо, конечно, но я все равно не пойду. — Почему? — Хотя бы потому, что совершенно не готова к походу в такое заведение. Посмотри, что на мне надето?! И прически нет, и макияж не тот. — Милая, — вновь цепко хватая меня за руку, промурлыкал тот и потащил к дверям, — ты просто очаровательно выглядишь. Так что хорош ломаться, пошли есть. Я страшно голодный. — Еще раз назовешь меня милой, откушу тебе чего-нибудь, — зло выдала я, поняв, что сопротивляться не получится, да и со стороны это будет выглядеть глупо. — Кэр-р-ри, — неожиданно глухо прорычал Бесфорт, сверкнув бирюзовым взором, — какая ты шалунишка, оказывается. Заинтриговала. И что же ты такое можешь мне откусить? — Нос! — выдала я, чувствуя, как запылали от неожиданного смущения щеки. — Ну-ну. Так я тебе и поверил, — жарко прошептал он на ушко. К горящим щекам прибавились еще и болезненные мурашки, от которых неожиданно сладко затянул низ живота. — Бесфорт! — возмутилась я. — Стэн, милая, никаких условностей, — подталкивая