в раковину. Хотела включить воду, чтобы ополоснуть чашку, но не успела. — Ты совсем меня не ревнуешь? — вдруг спросил мужчина. Я некоторое время просто стояла, пытаясь понять, не послышалось ли мне все это. А потом собиралась с силами, чтобы повернуться и посмотреть ему в глаза. Почему-то сейчас это было особенно трудно. — С чего вдруг такой вопрос? — осторожно спросила у него, опираясь бедром о столешницу. — А ты на него так и не ответила, — склонив голову набок, отозвался Стэн. В бирюзовых глазах — все та же усталость и непонятная апатия. — Почему я должна тебя ревновать? У нас же договорные отношения. — Договорные, — кивнул Бесфорт. — Но все равно. Я же твой жених. Неужели никаких… собственнических замашек? Я смотрела на него секунды три. Пытаясь хоть что-то прочитать на усталом лице. — Ты что, хочешь, чтобы я устроила сцену ревности? — наконец, спросила у него. — Я просто пытаюсь тебя понять. — Зачем? — еще больше растерялась я. — Сам не знаю, — тяжело вздохнул он, поднимаясь. — Поехали. Отвезу тебя на новое место работы. Здание, где располагался исследовательский отдел, находилось в центральной части города. Это была большая многоэтажка с огромными окнами и большими колоннами. — Тебе нужен пятнадцатый этаж, — останавливая машину у бордюра, произнес Бесфорт. — Поняла. — Компания большая и занимает верхние этажи. — Хорошо, — я нервно пригладила волосы. — Не переживай, ты выглядишь отлично, — произнес он, заметив мое волнение. — Спасибо. — Я заеду в шесть и сразу поедем к твоим. — Я поняла, — кивнула едва заметно и неожиданно спросила: — А ты со мной не зайдешь? Мужчину весьма заметно перекосило, словно сама мысль причиняла ему боль. — Нет. Не зайду. Я вышла из машины, но закрывать дверь не торопилась. Так и застыла, наклонившись и цепляясь за машину. Сама не знаю почему, но мне сейчас просто необходимо было остаться и сказать. — Стэн… не знаю, ревность или нет. Наверное, вредность, — я неловко рассмеялась, но смех как-то сразу растаял в этой тишине. — Но ты прав. Мне было неприятно видеть тебя с другой. И неприятно думать, что сейчас ты поедешь в клуб и вокруг тебя будут виться женщины. — Значит, вредность? — переспросил он, и на его усталом лице появилась первая за утро улыбка. Пусть едва заметная, но такая настоящая, немного ехидная. — Именно. — Хорошо. Я постараюсь не провоцировать твою… вредность. Пока мы жених и невеста. — Пока мы жених и невеста, — согласилась я. Захлопнув дверь, выпрямилась, поправила блузку и, развернувшись, поспешила ко входу