— Я — Илинди, — говорит она изменившимся струящимся голосом. — И я не с этой планеты. Я — роа.

— Роа? — я пробую слово на вкус.

— Мягче. Роа, — произносит она, выговаривая «р» ближе к его английскому звучанию. — Да, так мы себя называем. В недалеком прошлом наша цивилизация открыла себя для Сообщества разумных видов Галактики. Нас поставили перед выбором так же, как поставят вас — пройти Диагностику и определить свое место в Сообществе или стать обнуленными. И ваша раса не первая на этой планете, кто вышел во вселенское инфополе. До вас были… другие. Они не смогли пройти Диагностику.

В моей голове одна за другой возникают картинки, новые и уже виденные — единовременно исчезнувшая цивилизация пернатых двухметровых ящеров, оставившая после себя пустые города; города, за миллионы лет стертые с лица планеты; эволюция видов и новое зарождение разума. Именно такие мыслеобразы передавал мне Хфор во время первого выема.

Илинди садится рядом и терпеливо ждет, когда я осознаю все, что она сказала.

— Настя… — решаюсь я задать вопрос. — То есть, прости, Илинди.

— Называй, как тебе привычнее, — улыбается она, и эта улыбка точно такая же, как у Насти. — Мое имя имеет такое же значение в нашем языке, что и «Анастасия» у вас.

— Хорошо, Настя. Знаешь, я тебя помню! Но откуда ты знаешь меня?

Мой вопрос правомерен. Если Марта перегружала реальность, и это было так же, как вчера ночью в покерном клубе, то Илинди не может помнить мой предыдущий выем. Ладно Хфор, тот скользит по веткам реальности, но она?

— Если ты про твой первый выем, то я видела тебя во сне, — она совсем по-человечески пожимает плечами. — Наши сны отличаются от ваших — мы видим то, что случилось в параллельных цепочках. Не всегда, не каждый раз, не часто, но в особенно важные моменты это происходит. Более того, я тебя видела еще раз, и в той реальности я тоже пыталась сойтись с тобой, правда, в другом образе.

— Э… В каком?

— Мы познакомились в торговом центре недалеко отсюда. Я играла роль потерявшей племянника девушки по имени Милена. Решив вблизи понаблюдать за тобой, я, приняв облик Милены, подстроила знакомство так, будто это ты сам решил ко мне подойти. Ты не распознал мою сущность ни тогда, ни в этот раз, потому что мои способности позволяют скрывать ее, и уловить иллюзию можно лишь с высокоразвитым «Познанием сути». Мне надо было убедиться в твоей отзывчивости и готовности прийти на помощь.

Неясные образы, за которые я пытаюсь ухватиться, не даются, ускользают, но кое-какие картинки остаются — безумная гонка по трассе, погоня, я кого-то бью, а потом дождь, грязь и темный земляной погреб…