— Посмотри вниз…

Её челюсть отвисает, когда она видит вейп у себя под ногами. Она берет его в руки, крутит, разглядывая и ища подвох, не находит, машинально затягивается и, склонив голову, о чем-то думает. Хотя понятно, о чем.

— Еще фокусы будут? — помолчав, спрашивает Кира.

— Да, могу показать. Сыграем в «вопрос-ответ»?

— О, вопросов к тебе у меня много накопилось! — удовлетворенно восклицает сестра. — Откуда, черт возьми, взялись все эти миллионы баксов на моем счету? Что ты…

— Стоп! — мне снова приходится её перебить. — Наоборот. Я задаю — ты мне отвечаешь, а я тебе говорю, правду ты сказала или нет. Договорились? Только ты иногда умышленно ври мне. Справишься?

— Не знаю. Врать не краснея в нашей семье — это твоя прерогатива. Ну, давай попробуем. Спрашивай.

— Ты хочешь замуж?

— Нет!

— Неправда, хочешь. В какую страну собираешься в отпуск?

— На Мальдивы.

— Это правда. Одна поедешь?

— С Кириллом, — веет теплом, это полуправда: похоже, с сестрой и племянником поедет кто-то ещё.

— Почти правда. Значит, с Кириллом и кем-то еще?

— Ну-у, — тянет сестра, — это легко догадаться.

— Как зовут твоего молодого человека?

— Андрей, — отвечает она, и у меня мороз по коже.

— Неправда.

— Михаил.

— Ложь.

— Сергей, — сестра краснеет, бледнеет и ерзает на месте.

— И снова врешь.

— Нет у меня никого! — тепло, но не горячо.

— Есть, но, видимо, ваши отношения не настолько близки, как бы тебе хотелось?

— Мне надоело, это фигня какая-то, Филя! — возмущается сестра, не отвечая. — Что там у тебя еще?

Ниточка эмоциональной и сексуальной связи от Киры ведет к некоему Арвидасу, нижестоящему сотруднику того же банка. Изучаю его профиль… Нет, для сестры он не вариант. Безответственный ловелас.

— Кира, поверь мне, Арвидас для тебя не лучший выбор. Помимо тебя, он в близких отношениях с Ольгой Вильской и Натальей Лосевой. Знаешь таких?

— Что⁈ — Кира разъяренной фурией срывается с гамака, чуть не упав, и хватает меня за плечи. — Что ты несешь? Откуда тебе знать? Если это шутка, то она очень жестокая, Филипп!

— Извини. Я позже, но обещаю, сегодня же, объясню, что это не шутка. Только давай закончим с демонстрацией?

— Не хочу я больше никаких твоих демонстраций! — сдавленно отвечает она и возвращается в гамак.

На меня она больше не смотрит, уставившись в небо, и я, понимая её состояние, не лезу в душу. Она пыхтит вейпом, я ложусь на лужайку рядом. Закусив сладкую травинку, кладу руки под голову и изучаю облака. Так мы лежим минут десять, пока сестра не успокаивается.

— У тебя еще что-то было, — сухо произносит она. — Показывай.