А опыта дают больше, чем за такой же квест Сявы. Может, пора открывать кадровое агентство? Надо будет обдумать.

Принимаю квест и сразу прикидываю, что могу сделать: посмотреть вакансии сантехников по городу в сети, собрать ЕКИИ по работодателям и прогнать через фильтр вероятности, чтобы определить, где возьмут Жирного. Ничего сложного, по идее.

— Завтра приходи, Руслан, я посмотрю, что можно сделать. Ближе к вечеру, двести четвертая квартира.

Жирный кидается ко мне и обнимает, прижимая к своей большой и мягкой груди.

— Спасибо, Филипп Олегович!

— Да не за что пока! — Я выбираюсь из объятий. — Все, счастливо. И это, с бухлом завязывай, выпнут — второй раз помогать не стану.

— Ни-ни! — Он щелкает себя по зубу.

Свежо предание… Ладно, я в силах помочь и помогу. Остальное — не мое дело.

В дороге пытаюсь разобраться в себе. Почему я с такой легкостью соглашаюсь помогать кому попало? Только ли в квестах и очках опыта дело или мне действительно хочется помочь?

Так и не придя к какому-либо четкому выводу, останавливаюсь на мысли, что не стал бы помогать (да и вряд ли бы смог) ни Сяве, ни Жирному в доинтерфейсные времена. Да что там, вряд ли мне пришло бы в голову предлагать помощь Марине, какой бы симпатичной она ни была, скорее я бы рассматривал ее как конкурентку за место в компании. Это что же получается, система как-то меняет мое мышление? Или игровое прошлое заставляет брать и выполнять все возможные квесты?

Уже подъехав к дому Вики, понимаю, что я дебил — приехал с пустыми руками. Думаю, не смотаться ли по-быстрому в ближайший цветочный, но она выходит из подъезда, видит меня, ее губы растягиваются в улыбке, и идея с цветами становится неактуальной. Иду ей навстречу.

— Вика! — целую ее в щеку.

— Привет, Фил! — она отвечает мне тем же.

— Прости дурака, так спешил, что не купил цветы!

— И это хорошо! — смеется Вика. — Сам подумай, как бы я с букетом сейчас смотрелась? И руки были бы заняты!

Я приглядываюсь к ней внимательнее и осознаю, что ее красота естественна. Джинсы, футболка и никакой косметики. Лишь пахнущие шампунем распущенные волосы — единственное свидетельство того, что она, возможно, как-то готовилась к свиданию. Ловлю себя на мысли, что постоянно зачем-то сравниваю Вику с Яной, и запрещаю себе это делать.

— Едем? — Она показывает на такси.

Киваю, и она садится первой, а я следом за ней. Едем молча, потому что о пустом говорить не хочется, а о важном мешает таксист — то, что между нами, должно таковым и остаться. Мне достаточно того, что она находит мою руку и крепко сжимает. К концу поездки ее ладошка становится мокрой.