Тесть уехал на другой конец страны на похороны какого-то сослуживца, а моя бывшая вернулась от Владика в родительский дом. Но ненадолго, потому что две змеи в одном пространстве не уживаются, и даже если они, свернувшись, делят укрытие, это не значит, что они обнимаются, потому что нравятся друг другу. Они просто конкурируют за лучшее место в террариуме.

Яна, не выдержав конкуренции с более опытной в искусстве капельного пробивания мозга мамой, ушла из дома. Теща решила, что добилась своего, «ведь Владик такой приличный и перспективный молодой человек». После этих слов я мысленно послал ее в нефритовую пещеру — то самое место, откуда все мы появились, — и выключил телефон.

Через минут пять на кухне стал звонить и разрываться городской телефон. Спросонья я не сообразил просто выдернуть шнур из розетки и ответил как можно скорее, пока Сява не проснулся. «Что-то связь оборвалась», — сквозь рыдания пробубнила Наталья Сергеевна и продолжила свой невеселый рассказ. Вторично прервать разговор я не решился, не позволило чертово воспитание и уважение к старшим. Да и понять, что же случилось с Яной, тоже хотелось, чего греха таить.

В общем, Яна ушла, и ушла, как считает теща, к Владику. Было это на выходные, три дня назад. С тех пор о Яне ни слуху ни духу: на работе не появлялась, телефон отключен, а Владик божится, что тоже ее не видел. Обзвон подружек ничего не дал.

— Вы точно ее ничем не обидели? — на всякий случай уточнил я, потому что если обидела, то с Яны станется уговорить подружек соврать матери.

— Боже упаси! — воскликнула Наталья Сергеевна. — Только уговаривала вернуться к Владику…

А вот после этих слов я уже и бровью не повел, и бросать трубку даже не подумал. Пусть формально мы с Янкой в браке, но для бывшей тещи я сбитый летчик, с которым можно быть откровенной. Святая простота, не щадящая моих чувств и не обладающая хоть каплей тактичности.

К концу разговора я легко нашел Яну на карте интерфейса, оставалось решить, как поступить.

Просто проигнорировать тещин звонок я не мог, не чужие люди, в конце концов, а она — мать, понятно, и переживает за дочь. В полицию она обращаться не хочет, переживая за то, что люди скажут и как это отразится на репутации семьи. Такое вот мышление. Судя по карте, с Янкой все в порядке, но сообщить Наталье Сергеевне адрес — значит вызвать кучу вопросов, отвечать на которые мне не хочется.

В итоге я как смог успокоил «маму» и, вызвав такси, стал собираться к бывшей.

— Фил, постой! — Сява появляется в прихожей, завернутый в простыню. — Проблемы?