Старик с минуту не двигался: не шевелился, и похоже, не дышал. А потом едва заметно кивнул и спросил:

— Кто противник?

— Пустынный архимонстр, Убивающая-в-песках.

— Сильное существо… На моей памяти ее убивали всего двенадцать раз, причем последний — целых девяносто лет назад.

Я поддался любопытству и снова вызвал характеристики старика.

Вахглу *неизвестно*

Сила: 4.0

Ловкость: 8.7

Телосложение: 1.2

Вместимость бао: —

Скорость поглощения бао: —

Крепость костей: +560%

Плотность мышц: +550%

Магический потенциал: —

Развитие энергоканалов: —

Навыки:

Великий мастер боя

Великий мастер меча

Великий мастер копья

Мастер лука

Мастер обучения

Мастер медитации

Ощущение боя

Чувствующий ложь

Чувствующий мир

Долгожитель

И он не является магом. И даже не адепт, не неофит. Я, конечно, знаю, что секта проводит на своих членах ритуалы, поит всякими зельями с перманентными эффектами, но видеть обычного вроде бы человека с кучей навыков, которых и у меня не наберется, странно. Интересно, сколько он прожил, чтобы все это накопить? Ставлю черныш, что ему не меньше полутора сотен лет. И не факт, что он не проживет еще столько же.

— Как я уже сказал, я создал артефакты против воздействия на разум, но не знаю, каковы они будут в бою, — зачем-то попытался я оправдаться. — Пока их не испытывал на Убивающей, но…

— Где будет бой?

— В пустыне. Там есть город Басхур, на центральной улице — таверна. Пусть ждут меня там… Если вы, конечно, согласитесь их отпустить. — с учетом того, что орех уже исчез в рукавах старика, это был лишь жест вежливости с моей стороны. — Сколько им нужно времени, чтобы добраться? Я могу поговорить с ближайшей к вам школой, чтобы воинов перекинули в тамошнюю школу…

Старик поднял ладонь, останавливая меня.

— Не беспокойся. Всё хорошо, у нас есть свои способы срезать пути. Парни будут в городе к завтрашнему утру по времени пустыни, и то лишь потому, что ночь им придётся потратить на сон.

Вот такие они, сектанты. Для них схватка с сильными противниками и возможность испытать свои навыки имеют очень важное значение. Возможно, предложи я кого поменьше и послабее, не факт, что со мной отпустили бы шестерых мечников.

Вахглу с показным кряхтением поднялся на ноги. С телосложением в один и две десятых он должен вскакивать живее подростка.

— Могу ли я посидеть тут ещё? — неожиданно для себя самого попросил я седого.

— Конечно. Только не ходи в сам сад.

И я провел полчаса в непривычном состоянии. Это не было медитацией в привычном для меня смысле. Скорее, напоминало технику медитации или сосредоточения из прошлого, когда занят не тем, что впитываешь бао и кладешь кирпичик на фундамент собственного развития, а просто очищаешь сознание от лишних мыслей и… дышишь. Растворяешься в окружающем безмолвии. Становишься будто бы молчаливым наблюдателем, который ни за чем не следит и не сосредотачивается ни на чем.