И в ужасе я смотрел в глаза раба, в которых с каждым моим словом появлялся лишь больший страх. Страх кнута, наказания, он даже не мог представить себе, что пойдёт против хозяев. Этот мир уже его сломал, окончательно и бесповоротно. Он множество раз видел локальные бунты и все они заканчивались одинаково.

— Извини, я… останусь лучше здесь, — раб лишь покачал головой. — Вас впустить?

Восстание рабов закончилось, не успев начаться. Хотя вернее будет сказать оно и вовсе не началось.

— Не надо, — зло бросил я, взбешённый таким слабоволием.

По всей видимости рабов здесь запугали до невозможности. Этого следовало ожидать. Ещё в диалоге с Миррой мне показалось странной её радость по поводу рабского положения. Мол, Сильвар не так плох, как мог бы.

А ведь в этом мире жизнь раба вообще ничего не стоит. Они вон, через пространственную аномалию попадают в бесконечном количестве. Шлюху в борделе здесь можно и убить, заплатишь потом издержки хозяину и всё. Прогулялся по рыбацкому городу, снёс голову рабу. Никто тебя не накажет. Ведь раб — это вещь, к тому же в большинстве своём крайне дешёвая. Так что отделаешься статьёй за хулиганство мелкое и всё.

И вспоминается мой собственный опыт, совсем недавно же меня кнутом до смерти забили. Просто так, как и многих других. Над ними издевались, чтобы развлечь жителей. Забава такая, казнь на площади. В назидание другим. Запугали всех до невозможности, однако оставили некоторую надежду. Ведь может быть ещё хуже, тебя могут отправить на каменоломни или сделать публичной игрушкой на площади, где тебя дети камнями забросают. И конечно же Этий... Этий ждёт каждого раба где-то там, в настоящему раю.

Эдем ломал смертных, менял их. Одних он превращал в таких вот слабовольных рабов, а других в животных, подобных тем на шабаше, на острове Пепла.

Я же поправил многое переживший щит поудобнее и продолжил проход по городу, устремляясь к его центру. Нужно найти Вариоса, если тот ещё не сдох. Хоть его убью, да и может без рабовладельцев овцы смогут стать львами. Однако вдруг раздаётся грохот, после чего магическая вспышка озаряет свет и словно комета чьё-то тело таранит здание рядом со мной, снося стену и вызывая обрушение крыши.

— Твою же… мать… — тяжело дыша наружу начал выходить сам Вариос, спустившийся роялью с небес.

И вот я уже приготовился к битве, что должна была стать легендарной, как вдруг Вариос сначала припал на колено, а потом и вовсе упал, начав харкаться кровью. Этот урод собрался сдохнуть не от моего меча.

— Ах, зараза… — я подбежал к нему, но кажется мне ничем здесь не помочь. — Слышь, не подыхай, скотина.