Так что Вариос действительно являлся опытным воином, он прошёл через войну. Как и многие мои товарищи воевали. Однако от этого профессионалами в подготовке солдат не стали. Понимания больше, но поучиться есть всегда чему. И Вариос много не знал касательно физических тренировок, как многие сержанты в воинских частях не знают, а иногда и просто забивают на это болт, говоря: «Вот брусья, вот турник. Делай».

Так что мои тренировки оказались очень даже востребованы. А уж когда мы начали приёмы борьбы проходить и отработки ударов, то интерес вырос ещё сильнее. Попутно также объяснял парням, что такое мышцы и как они работают. Им было интересно, да и мне полезно тоже. Форму свою постепенно возвращал.

— Спасибо за тренировку, — в конце очередного дня произнёс Килос.

— Да не за что.

— Есть за что. Мои товарищи наконец-то стали чувствовать себя увереннее. Не хочу жаловаться на Вариоса, но… порой его заносит на поворотах. Он бывает жесток. На его и фоне настоящих воинов мы выглядим жалко, теперь же… мы знаем больше, чем они. Не в целом, но это уже много.

— И станете лучше каждого из них. Это неизбежно. Каждое следующее поколение всегда лучше предыдущего. Даже если кто-то ворчит как старый пень.

Килос кивнул, после чего надел свой шлем и отправился в город. Я же постоял на пляже, посмотрел на уходящих вдаль ребят, а затем зашёл к себе домой. Уже наступила ночь, всё же тренироваться приходилось вечерам, когда у них было время.

— Не хочешь стать этириданосом? — спросил сидящий за столиком Адик, заполняя какие-то бумаги.

— Кем? — тяжело выдохнув спросил я и сел на кровать.

— Тренером рабов для арен.

— Ланистой что ли?

— Мы не используем это слово.

— Почему?

— Потому что для арен нужны этиамарии.

— Гладиаторы?

— Гладиаторы сражаются против людей на аренах.

— Бестиарии?

— Они сражаются против зверей, но не магических.

— Ну ещё можно придумать слов.

— Так и придумали. Так этих типов рабов для арен — Этий ногу сломит. Поэтому решено было назвать всех этиамариями, а тех, кто их готовит этириданосами. И без разницы готовишь ли ты раба или животное для арены. Тот кто сражается на арене — этиамарий. Без разницы раб он или пленник, которого выкинули на убой. На его вид тоже плевать, как и на то владеет ли он магией. Нет, некоторые, конечно, любят выпендриваться и кичиться своими знаниями, но как правило все просто используют слово этиамарий. Так удобнее, чем спорить о том, чем отличается гладиатор от бестиария.

— Понятно. Мой ответ нет. Не хочу таким заниматься. Это… мерзко.

— Поживёшь годик — смиришься.