— Почему это?

— Адик…

— Нет, ты меня послушай. Гильдия видит только цифры, это раз. Также рабы им нужны для поддержания экономики в широком смысле. Они их просто закинут всех на рудник и всё, через месяц переработают трупы в комбикорм для виверн. Так зачем туда отправлять этих красивых девушек? Мы продадим их, а на полученные деньги купим непримечательных рабов оптом. Полученную разницу оставим себе. Все в плюсе, не так ли?

— Хм…

— Звучит разумно, — пожал плечами Танор, после чего повернулся к своему товарищу. — Эй, Орестис, нравится вон та брюнетка?

— Пойдёт, — без особого интереса ответил бывший раб и герой арены.

— Ну, тогда господин Адик, одну рабыню вы считай уже продали. Как раз и за битву при Клыках сочтёмся.

— Сдалась она мне?

— У тебя одного личного раба нет. Как ты вообще живёшь? Адик, лови монеты.

Орестис не был особо рад такому, но и спорить не стал. Наверное ему с одной стороны тяжело будет привыкнуть к наличию рабыни в собственному распоряжении, всё же он и сам не так давно был рабом. С другой же, ему ли не знать о всех тяжестях рабской жизни? А значит и обходится он с ней будет лучше, чем любой другой хозяин. Или наоборот ещё хуже.

В любом случае, Адик уже открыл записную книжку и начал делать в ней записи.

— Дети есть? — не поднимая взгляд от книжки спросил Адик. — В плане, младенцы… вроде нет. Что же, так будет проще.

— А что такое? — поинтересовался я.

— Согласно закону Эдема для попавших сюда и выживших детей предусмотрены особые процедуры.

— Какие именно?

— Недавно рождённых детей отдают духовенству. Тех кто постарше в питомники. Хотя можно и продать, правда налог там выше и геморроя больше.

Дальше я расспрашивать Адика не стал, тут и так было всё понятно. В моём родном мире мне доводилось и не такое видеть. Что не горячая точка, то обязательно чёрный рынок органов, в том числе детских. Миллионы долларов порой отдавались за детей. И самое ужасное, что это не то чтобы секрет, просто большинству плевать и оно дальше своих проблем ничего не видит. Хотя нет, это не самое ужасное, ведь зачастую детей продают собственные родители, чтобы обогатиться.

А раз в Эдеме раб это просто вещь, то разница будет лишь в цене. Жутко, цинично, аморально и так… естественно, если знать что из себя представляют смертные. Хотя в любые времена находятся те, кто этому удивляется. Праздные и невинные, ещё не успевшие потерять свои розовые очки, они будут возмущаться, гневаться и требовать справедливости, но как только жизнь предоставит им возможность что-то изменить делом, то они вдруг дружно заткнуться. Рискованно идти против выстроенной системы, а дело это уже не слово, за такое всегда наказывают. Поэтому они и возмущаться у себя на кухне, иногда на площади, успокаивая свою совесть и делая вид, что они чем-то лучше других.