— Думаешь найдём выживших?

— Всё равно уже приплыли.

Остров был мал, однако пробирались к центру мы долго из-за скал. Всё же дорог здесь не было и если оступиться, то можно легко заработать вывих или перелом. Если не повезёт, то расшибёшь голову и отправишься к Творцу. Поэтому шли медленно, не спеша.

А когда дошли до центра, то обнаружили небольшую расчищенную область. Сразу было видно, что здесь раньше кто-то жил. Поверхность выровненная, местами видны попытки создать грядки из завезённой почвы, также трупов здесь куда больше, а вот крабов почему-то почти не было.

— Даже вон, останки частично целые, — произнёс Танор, указывая в сторону сложенных в одну кучу трупов. — Крабы бы всё обглодали, только чистенькие косточки остались бы. Но почему-то они тронули их. Плюс трупы явно сложены в гору, а значит это кто-то сделал.

— Не кто-то, а что-то, — серьёзно и настороженно произнёс Орестис и резким движением потуже закрепил ремни щита.

— Я тоже что-то чувствую, — согласился я, жалея, что отправил своих демонов на разведку из-за чего мой магический потенциал ослаб. — За нами следят.

И вдруг, разглядывая серые и безжизненные скалы, я столкнулся взглядом с прекрасной девой. Лицо её было краше морской глади, а взгляд завораживал чистой чувств. Я понимал, что должен был отвести взгляд или хотя бы закрыть свой оставшийся глаз, моргнуть, но впал в ступор.

Другие бойцы проследили мой взгляд и тоже стали пленником коварного врага. Все мы замерли, кроме Танора который стоял правее всех и из-за угла обзора не мог понять, что происходит.

— Парни, вы чего? — спросил он, пока тварь начала сползать, чтобы попасться на глаза и ему.

— Смотри только в пол, — внезапно произнёс Орестис, который уже прикрылся щитом и начал вставать между мной и монстром. — Помоги другим.

— Что?

— Это сирена.

И в этот момент тварь подала голос, начав петь. И если взгляд был её завораживающим, вводящим в ступор, то пение забирало всю волю и могло заставить смертного даже убить себя, наплевав на инстинкт самосохранения.

Орестис сопротивлялся, вспоминая все свои бои на аренах, в том числе и с подобными монстрами, на которых нельзя было смотреть и которых нельзя даже слушать. Он хотел выколоть себе уши, но мешал шлем, а снять его… это куда больше усилий и времени, ведь руки дрожат.

Сирена же спорхнула вниз, показав свою нижнюю часть птицы. Она была уродлива, но все наши взгляды не улавливали ничего ниже талии. Мы видели только прекрасный бюст, лицо и глаза…

Молот в моих руках утяжелился, Великий Панцирь что-то закричал, но наплевав на всё я резко собрал всю волю в кулак и сделал одно простое действие. Сорвал повязку со своего левого глаза.