То есть… я могу вместо отработки ходить на лекции Максимилиана? Это что — ловушка специально для меня? И вот как в неё не попасться, если отсидеть два часа на лекции действительно проще, чем работать в птичнике?
— На этом все новости, — сообщил ректор, — можете отправляться на лекции.
Но никто не шелохнулся, и встали лишь тогда, когда король поднялся на ноги. Вновь поклонились и дождались, пока Максимилиан выйдет из зала. И только после этого все тоже стремительно потекли в коридор.
— В истории академии было всего несколько таких случаев, — шепнула Рами. — И как же нам повезло, что наш король молод, красив и, главное, холост!
— Не забывайте, что он ещё и маг невероятной силы, — добавил Элай тоже с некоторой долей восхищения. — Я думаю, на его факультативы нужно занимать место как минимум за сутки.
Ребята посмеялись над шуткой, даже я позволила себе улыбку.
В коридоре студенты прильнули к окнам, чтобы видеть, как Владыка Малоземья покидает академию. Я лишь фыркнула и отправилась на лекцию к магистру Фауту — всё равно пока не имеет значения, во что я одета. А вот перед факультативом побегу в комнату, чтобы переодеться в привычную форму. Условия бабушки я выполнила — и это главное.
Только что делать с факультативом? Чувствовалось, что там меня ждёт очередная королевская подстава.
Глава 4
— Какая чудная картина, — протянул магистр Фаэрон и хлопнул своими изящными эльфийскими ладонями. — Студенты-боевики на привале. Так и вижу, как на вас нападает манкора, а у вас нет даже сил, чтобы сбежать.
Мы сидели на траве и с ненавистью глядели на преподавателя. Причём эта ненависть была такой слаженной, что объединяла нас всех. После двадцати кругов мы едва волочили ноги и буквально попадали один за другим на эту прекраснейшую, мягчайшую, ещё даже зелёную травку. Наконец магистр Фаэрон подошёл ближе и сложил руки на груди.
— Те, кто на счёт три не встанет и не поплетётся в сторону турников, побегут ещё двадцать кругов.
Миг — и мы все стоим. Шатаясь, но стоим.
— Реакция есть, — даже похвалил нас эльф. — А вот с мозгами туговато: я сказал к турникам, а вы застыли и смотрите на меня.
Мы ожили и всё-таки пошли дальше истязать свои тела.
— В такие моменты я искренне жалею, что поступила на боевой, — прошептала Рами.
— Путь к достойному жениху тернист и труден, — пробормотала Клаудия и со стоном подтянулась.
К женской душевой мы брели в солидарном молчании и возводили мысленные ругательства в адрес магистра Фаэрона.
— Может, ему слабительное подложить? — внезапно предложила я, и девушки удивлённо уставились на меня.