— Малика, надеюсь, ты помнишь, откуда ты родом? Сделаешь что-то плохое — и я тебе этого с рук не спущу, — произнесла чётко, глядя на леди Церг. — Твой отец быстро распрощается не только с должностью советника, но и с землями.

Склянка в руке Малики дрогнула. Другие же девушки, переглянувшись, открутили крышки.

— Мы из Авероса, нам ты ничего не сделаешь, даже став королевой Рамании, — рыкнула та, что по центру, рыженькая, и дёрнула рукой, в попытке вылить на меня жидкость.

Остальные тоже последовали её примеру. Но в этот момент капли зависли в воздухе. Я резко подняла голову и увидела едва заметный отблеск на крыше здания — зимокрыл!

Отступив в сторону, я подошла к девушкам и прочитала надпись на колбочке — вонючий состав — такие этикетки клеила сама преподавательница на экземпляры, которые не получились из арома-состава. Улыбнувшись, я передвинула девушек на место под брызгами — совсем немного. Малику оставила стоять там, где была, а сама вернулась и встала перед ними, но уже на значительном расстоянии.

Когда мир вновь завертелся, жидкость рухнула вниз, словно забыв об инерции, с которой летела вперёд. Девушки завизжали и отпрыгнули в стороны. Разнёсся просто отвратительный запах помоев.

— Не стоит переходить мне дорогу, — уверенно произнесла я. — Последствия окажутся вашим худшим кошмаром.

Пафосно фыркнув, побежала в сторону общежития. У самой колотилось сердце. Зимокрыл силён! Он заморозил время секунд на сорок — колоссальный успех!

Заскочив в комнату, я бросилась в покои, куда уже через открытое окно влетел зимокрыл.

— Что это было? — спросила шёпотом. — Как ты покинул клетку?

Птица мне не ответила, зато вместо неё сказал Крепыш:

— Это я её выпустил. Надеялся, что наша Курица сошла с ума и хочет нас покинуть, настолько сильно она начала биться в клетке о прутья, но увы — чуда не случилось, она вернулась.

Крепыш с неудовольствием посмотрел на сожителя. Зимокрыл ответил ему величественным и испепеляющим взглядом. Всё как всегда.

— Она спасла меня от ужасного запаха, — прокомментировала я и закрыла окно — в комнате уже стало прохладно. — Спасибо, Синеглазка. — И добавила, обращаясь уже к Крепышу: — Видимо, у неё со мной неразрывная связь — она чувствует, когда мне угрожает опасность.

— Спасла от ужасного запаха? — не понял Крепыш. — Отговорила тебя заниматься на уроках магистра Фаэрона?

Я рассмеялась и ответила:

— Не такой уж от меня сильный запах после его занятий! — И подошла к птице, погладив её по хохолку. — Ты — настоящее чудо.

Я улыбнулась и посмотрела на корзинку горных цветов, всё ещё стоявших на подоконнике. В душе потеплело, и я не смогла сдержать улыбку. Купава, нельзя ведь влюбляться в его величество! Или всё-таки чуть-чуть можно?..