— Товарищ Шрам! — вспомнил Сергей, — Там на железнодорожной станции стоит безхозный вагон с бензолом. Можно мне его получить для производства?

— Значит, говоришь, ничего организовывать не собирался? Однако сырье и спеца уже нашел. Молодец…

На прощание товарищ Шрам все-таки руку пожал.

Сергей вышел из кабинета и взглянул на свой бизнес-план. На титульном листе толстым синим карандашом — почему не ручкой, кстати? Ах да, кляксы… — было написано: «Губсовнархозу: зарегистрировать мастерскую тов. Вышинского, передав ему в аренду здание по адресу: ул. Энгельса, 42. Губоно: рассм. вопр. о целес-ти закупок чернил у тов. Вышинского. Нач. ж-д станции „Песков“: при наличии безхозного вагона с бензолом передать его тов. Вышинскому». Внизу стояла жирно подчеркнутая надпись: «Не волокитить!!!» и подпись.

Шрам сидел за столом, упираясь подбородок в сцепленные замком руки:

— Нет, Сергей, — тихо произнес он самому себе — не получится из тебя нэпмана. Есть в тебе нужная гнильца, есть, только у нэпманов она внутри, а у тебя снаружи. Счистится и не будет… Товарищ Глушкова! Принесите мне чаю, пожалуйста!

* * *

По Октябрьской улице шел без пяти минут владелец чернильной мастерской. Шел, счастливо улыбаясь, разглядывая свое отражение в зеркальных витринах.

Город заливало лучами солнцами, раскрашивая улицы зеленью деревьев и красками домов и одежды. Пусть дома обшарпаны, пусть одежды прохожих в основном черные и серые. Можно подумать, в нашем времени все дома свежепокрашены, а люди на улицах носят исключительно белое с золотом. Интересно, почему времена большевиков ассоциируются исключительно с серым цветом и пожухлыми красками? Наверное, потому, что видим мы эти времена только в фильмах, а фильмы либо черно-белые, советские, либо стилизованы под старинные, типа «Собачьего сердца». Сергей хмыкнул, вспомнив, как он удивлялся в детстве, когда узнал, что фильм снят недавно, ему казалось, что фильму — лет сорок.

— Подходи, буржуй, глазик выколю… — пропел Сергей тихонько.

Не подходит эта песня тебе, Сергей Аркадьевич. Ты теперь сам — буржуй.

Сергей огляделся, веселым шальным взглядом.

«Мне нравится этот мир! Мне нравятся эти люди! Мне нравятся большевики!»

Сергей чувствовал себя пьяным от счастья. Как это здорово, когда тебе верят! Когда ТЕБЕ верят! Сергей был готов свернуть горы, чтобы оправдать доверие товарища Шрама, не то, что построить какую-то чернильную фабрику. А что? Сырье есть, здание — есть, оборудование — есть, специалист — есть, рынок сбыта — и тот есть. Все получится!

Так, а что я здесь делаю? Сергей остановился у полуразвалившейся крепостной стены, поросшей травой и кустами. А, вспомнил!