Скрипнула калитка.

Во двор хозяйской походкой вошли трое.

В сумеречном свете можно было определить, что главный из них — средний.

На глаза надвинута кепка, в зубах — то ли спичка, то ли зубочистка, красная, в сумерках почти черная рубаха. Острый подбородок, и общие черты лица кого-то ужасно напоминали.

Двое других — на подхвате. Здоровенные, широкоплечие, с тупыми лицами опоенных бычков.

— Мишка, это тот самый фрайерок? — спросил один из бычков.

— Фраеров ищи в зеркале, — тут же отозвался Сергей.

Навряд ли гости пришли предложить ему денег, так к чему быть вежливым? Раньше начнется — раньше закончиться.

— Ша, — поднял руку главарь. Бычок, явно что-то собиравшийся ответить, умолк.

— Вы позволите, Сергей Аркадьевич? — главарь кивнул на скамейку у стола, — Мы только поговорить.

Поговорить? Интересно.

— Присаживайтесь.

Главарь приподнял бровь, но промолчал. Троица уселась, Сергей тоже присел, выбрав место рядом с ножами, благо пришельцы их за ломтями хлеба и в сумерках не видели.

— С чем изволили пожаловать?

— Да вот какое дело, Сергей Аркадьевич…

— И кто изволил ко мне прийти? А то меня вы, как я посмотрю, знаете, а вот я вас…

— Меня люди Мишкой кличут, а это — со мной.

— И с чем же вы пришли, Архип Потапович?

Мишка несколько секунд молчал, удивленный:

— А ты крученый… Уже все разнюхал?

— С чем пришли?

Оставшийся безымянным бычок потянулся к нарезанной колбасе.

— Ешь, — посмотрел на него Сергей. Бычок уронил кусок и даже руки вытер.

— Максим, — голос Мишки был добр как звук бормашины, — замри.

Сергей жалел только об одном: что наган лежит, завернутый в тряпки, на дне сумки, той самой, на которой лежит сверток с мечом. Из всего оружия только… Он непринужденно положил руки на стол, так что пальцы касались рукоятки одной из финок.

— Повторить вопрос?

— Да просто познакомиться, ласенько обнюхаться. А то появился в городе человек, слухи про него поползли, мол, опытный гайменник, на варщиков работал, квас пустить, как высморкаться, мы и решили поговорить, сколько раз в академии бывал, да ел ли грязь вообще, из каких будешь, мазь, фартовик, из накипи…

— Да не был он у хозяина, — проворчал все тот же бычок, — а и был так в кобылке. А то и вовсе узлами кормили…

Сергей сжал рукоять финки. Понятно. Его пытаются раскрутить на то, из уголовников ли он, стоит ли за ним кто-то или сам по себе. Неприятная ситуация… Врать — себе дороже. А собственной репутации у него… Кто ж словам верит, тем более из таких ребят.

— Посмотрел я на тебя, — неожиданно прервал свою монотонную речь Мишка, — Ты, Длинный, не из наших. Что высоко складывать тебе не впервой — верю. Что нитку ты рвал не раз — верю, раз ты — из Козьей горы. Но не из наших ты. Это старый лац чего-то напутал. Музыки не знаешь, по глазам вижу, по-свойски, — он кивнул на бычка Максима, — не кумекаешь…