ломающихся веток, тяжелым дыханием двух чудовищных противников.

Дамир явно был быстрее и гибче. Его лапы мелькали, нанося удары по бокам

Руслана. Но тот отвечал мощью и нечеловеческой силой. Каждый взмах

когтистой лапы грозил проломить ребра, каждый бросок заставлял

младшего оборотня отступать, издавая яростный рык.

Неожиданно Дамир (его я различала по шрамам на морде и подпаленной

шерсти) припал к земле, затем резко взвился вверх, целясь клыками в

горло Руслана. Тот едва успел увернуться. Клыки вспороли его плечо,

оставляя рваные раны, которые моментально наполнились густой кровью.

Я ахнула и тут же закрыла рот ладонью, боясь, что отвлеку противников.

Удивительно, но Руслан не издал ни звука. Вместо этого рванулся вперед,

вжимая противника в ствол старой лиственницы. Дерево затрещало,

осыпая бойцов корой и листьями.

А еще мне показалось, что толстые ветки как будто специально впивались в

шкуру Дамира, а корни, приподнявшись от земли, опутывали лапы. Хотя,

может, и не показалось. Духи леса вполне могли наказать оборотня за

лань, которую он покалечил не ради пропитания и поддержания жизни, а

в угоду мести. Именно поэтому ветви цеплялись за шкуры, корни

путались под ногами, а земля будто проваливалась, образовывая умы да

ухабы на его пути.

Алтай и его духи не прощает не уважения.

Медведь захрипел, бешено вращая глазами и силясь вырваться, но Руслан

держал крепко. Их морды почти соприкасались. Глаза в глаза. Тяжелое

дыхание смешивалось в едком запахе крови и ярости.

А потом Дамир неожиданно извернулся и махнул лапой, целясь вспороть брату

живот. Лишь в последний момент отклонившись, Руслан отступил. Чем

его противник и воспользовался, освободившись из захвата и снова

бросаясь в атаку.

Но Руслан мощным броском опрокинул его на спину. Острые зубы впились в

грудь Дамира, буквально пригвоздив того к земле и вызвав полный боли

и ярости вопль.

В окружающем пространстве воцарилась оглушительная тишина.

Всего на мгновение, но этого было достаточно, чтобы сердце замерло, а

потом забилось быстрее.

И картинка ожила, наполняясь звуками, ароматами, ощущениями.

Руслан медленно поднял лапу, по когтям которой капали крохотные капельки

крови, готовясь нанести последний удар. И я прикусила губу, не зная,

что делать.

С одной стороны, я ни капли не жалела Дамира. Он сам был виноват в том,

что произошло. И вообще намеревался меня убить, подстроил все

случившееся. А с другой… как будет чувствовать себя Руслан, убив

собственного брата, пусть и сводного.

Он замер, глядя на поверженного Дамира, который лежал, тяжело дыша, с

глазами, полными ненависти и… страха. Приглушенно зарычав, он мотнул