Днем я послонялся по дому, проведал раненого полковника. Увидев его, я понял, почему он отделался пусть тяжелыми, но укусами. Такой детина и сам кого хочешь покусает насмерть… Потом я проведал больного сенатора. Да, в постели он надолго… Сиделкой у него такая куколка, что я и сам забыл бы обо всем. Будь я сенатором Гратоном. Еще я пообщался с женой Ведомедона, Ксаной, «просто Ксани», как она просила меня называть, хихикая и строя глазки. Как назло принцесса вошла в гостиную как раз в тот момент, когда «просто Ксани» присела ко мне поближе, чтобы похвастаться своим замечательным изумрудным кулоном. Кулон был действительно замечателен, если не учитывать того факта, что, для лучшего удобства рассмотрения, Ксана прижалась ко мне чуть ли не всем телом и распахнула пошире ворот блузки… Увидев, как я обнимаюсь с женой хозяина дома, да еще нагло смотрю на ее восхитительный бюст… то есть кулон, кулон, я хотел сказать… принцесса, которая и без того была зла и вовсе потеряла дар речи. Возмущенно фыркнув как дикая кошка, Ана неторопливо вышла из комнаты, хлопнув дверью так, что в комнате запахло штукатуркой. Я попробовал ее догнать и объяснить, что происходило, но… Вы когда-нибудь пробовали догнать оскорбленную в лучших чувствах девушку? Занятие, бесполезное по определению…

Вечером принесли блаженно улыбающегося дядю Акима. Куда он нас завтра заведет… Дом Ведомедонов ложился спать, мне приходилось придумывать, как убить время ночью. Сегодня поблизости не было замечательного ночного собеседника, вроде капитана Далина. Пришлось прибегнуть к испытанному и небесполезному способу борьбы с ночным ничегонеделанием. Вообще-то таких способов у меня два, но первый по степени интересности сегодня не подходил. Не хотелось мне соблазнять ни служанок, ни «просто Ксани», хотя та и определенно намекала на что-то подобное… К принцессе с подобными намерениями я и вовсе не мог приблизиться… Так что оставался второй способ. Книги.

Я порылся в обширной библиотеке Ведомедона. Не в кабинете, где были только книги с названиями вроде «Реестр носферату или кодекс ночной жути» (не самое удачное чтение ночью, особенно, если вспомнить, что с поимки оборотня прошло меньше суток), а именно в библиотеке. Оттуда я утащил к себе в спальню несколько интересующих меня книжечек, в основном по истории Славии. Знания не бывают лишними, никогда не знаешь, когда тебе может понадобиться та или иная информация. Не запомни я в свое время услышанную краем уха клятву чертей, и кто знает, удалось бы мне убраться из проклятого дома не разорванным на части… Однако книги, лежащие на моем столе наводили тоску. Восемь томов, каждый — толщиной в ладонь. А назывались они вместе знаете как? «Краткий курс славийской истории»! Ведомедон хотел показать мне и полный курс, но я отказался. Мне и от краткого-то чуть плохо не стало…