Олег кивнул мне и первым покинул комнату.

— Надеюсь, америкоса он резать не будет? — Мрачно пошутил я, когда дошли до автомобиля.

— Не будет, — серьезно ответил он, — но вряд ли этот негр вспомнит, где он и что с ним. Не парься, на обратном пути заберем твоего америкоса. Я на теленгитском попросил шамана устроить хороший «отдых» твоему усталому другу.

— Он такой же мой, как твой, — огрызнулся я.

Достал рюкзак Арни, вернулся к дому и подвесил у дверей на крюк, вбитый в стену. Очухается, полезет за шоколадками. И потом, в Кош-Агаче, насколько я знаю, есть гостиница — успокоил я свою совесть.

Дальше ехали молча. Ну — как молча? Олег гудел: «Ом-ммм», Петр рассказывал об археологических находках, первобытно-общинном строе и процессах, происходящих в момент землетрясений. Говорил он красиво, вдохновенно и даже не замечал, что вещает, по сути, для себя любимого.

Я включил магнитолу: «Повстречались как-то раз эскимос и папуас, и сказал папуас эскимосу»… Ну нет, у меня здесь свой диалог «папуаса» с «эскимосом». Я усмехнулся, выключил музыку и посмотрел на проводника. Олег блаженствовал в очередном приступе «ома». Глянул на ботаника — тот увлеченно рассказывал самому себе о сдвиге тектонических платформ.

Границу проехали быстро. Погранцы внимательно рассмотрели бумаги и пропустили. С монгольскими пограничниками тоже не было проблем, большие печати монгольской Академии наук произвели на них впечатление. Несколько странно повел себя один из монголов. Он вперился в Олега взглядом и что-то резко произнес на монгольском. Олег понял его, я это видел, но в ответ он только улыбнулся и пожал плечами. Ответил на русском:

— Прости, не знаю монгольского…

Через пять километров от границы дорога разделялось. Одна вела на Ховд.

Ховд — обычный городок советского типа — администрация, площадь, статуя Сухэ-Батора, несколько трёх-пятиэтажных домов советского типа. Остальной городок — это юрты и глинобитные мазанки. За пятиэтажными домами где жили бывшие советские специалисты стоят несколько вилл. Там всё за глинобитными дувалами, чахлые садики вокруг двухэтажных домов. Когда-то проектировались с террасами, но поскольку ветер несёт постоянно пыль и песок, всё это застеклено.

До Ховда приятная дорога по степи, расстояние примерно такое же, как до Маймы. Около двухсот километров, если не ошибаюсь. Был уверен, что нам туда. Но Олег вынырнул из «нирваны» и сказал:

— Сворачивай направо, там, как увидишь озеро, останавливай. На берегу заночуем.

Озеро появилось уже на закате, синева воды сливалась с небом и горными вершинами. Деревья и кусты обрамляли берега, в большом количестве рос емшан — ковром устилал открытые участки.