Черт его знает, как драться с птицей…
Пропустил удар… Странно, по физиономии мне въехали вполне человеческим кулаком. Я тоже врезал в чью-то морду лица…
«Чертова птица… Кто стоит за ней?».
В сознание пробился тоненький голосок:
— А у вас черти за спиной… Откопают — закопают, откопают — закопают, — и тонкий, почти детский, и от этого жуткий смех.
Мальчишку бы не зацепить ненароком…
«Побеждает тот, кто бьет первым», — звенело в голове, но я не видел, кого бить. Не мог рассмотреть противника, птичьи крылья кружились передо мной коричневым пламенем…
Вдруг рассмотрел в общей круговерти вокзального дурачка. Ванечка схватил ведро и плеснул на меня. И тут же милиция. Я «лицом в пол», руки заламывают, щелчок наручников…
Когда милиционеры выводили меня из зала ожидания автовокзала, я вдруг посмотрел наверх. У перил второго этажа стоял Петр и смотрел на меня холодным, оценивающим взглядом экспериментатора. Так смотрят на лягушку, которую собираются препарировать.
За мной вели еще кого-то.
— Вызывай второй экипаж! — Крикнул милиционер, оглянувшись. — В один не стоит сажать, поубивают друг друга. — Он подтолкнул меня. — Нашли место, где драку на Калиновом мосту утроить. Битва двух якодзун, ёпта!
УАЗ трясло, я краем сознания понимал, где нахожусь, но перед глазами по-прежнему крутился водоворот коричнево-оранжевых перьев…
Глава 13
Первое более менее связное впечатление — обезьянник в Железнодорожном районном отделении милиции, или «Железке» — по народному. Я за решеткой, лежу на скамье. Футболка мокрая, брюки в грязи. Видимо, меня повалили в лужу на полу, прямо там, возле справочного бюро автовокзала. Вода, в которую уборщица макала половую тряпку, была примерно того же цвета, что и в лужах на улицах. После дождя люди натаскали грязи в зал ожидания. Что было дальше?
Когда бомжик плеснул водой, я на мгновенье замер. Этого мгновения оказалось достаточно, чтобы противник нанес удар. Куда он ударил, я сейчас даже не соображу. Неуловимое движение, короткий тычок — и темнота. Похоже, хорошо знает расположение нервных центров.
Но при чем здесь орел?
Сейчас я начинал понимать, что никакой птицы на самом деле не было. И бой с использованием гипноза или какой-то другой практики — введение противника в мягкий транс, например — это что-то новое для меня. Неприятная вещь, голова до сих пор гудит, как старый церковный колокол. Хотя, если бы я не отвлекся, когда пацан плеснул воды в лицо, не факт, что получилось бы меня вырубить. До этого момента я вполне достойно держал удар. Даже вслепую.
Встал на ноги, огляделся. Дежурка. Помещение квадратов в двадцать, не сильно большое. В правом углу я, собственно, в «обезьяннике», как называют эту клетку в народе.