Скриншоты анонсов, где Денис улыбался на фотографии, а ниже в описании проекта было

две мои формулировки подряд. Статьи, в которых его называли «человеком, чувствующим

новые потребности рынка», хотя эти потребности я раскладывала ему на слайдах после

полуночи.

Меня не украли за один день.

Меня выносили по частям годами.

И я сама держала дверь открытой, потому что думала: это семья, это общий бизнес, это

наша победа.

К двум часам ночи я написала короткое письмо юристу, контакт которого нашла сама, не

из списка Марка. Прикрепила предложение, описала ситуацию без эмоций и попросила

срочно посмотреть риски. Потом отправила Марку одно сообщение.

«Я дам ответ завтра до 16:00, как договорились. До подписания договора — только после

проверки юристом».

Ответ пришёл через минуту.

«Разумно».

Всё.

Ни давления. Ни «я жду». Ни лишней заботы.

Я смотрела на это одно слово и почему-то улыбнулась.

Утром я проснулась раньше будильника.

Несколько секунд не понимала, где нахожусь. Потолок был чужой, шторы другие, воздух

без запаха нашей квартиры. Потом память вернулась сразу, одним тяжёлым пластом:

кабинет, Алина, развод, Марк, папка, апарт-отель.

Я села на кровати и посмотрела на свою левую руку.

След от кольца всё ещё был виден.

Тонкая светлая полоска на коже.

След от фамилии.

Я провела по нему большим пальцем и встала.

К одиннадцати юрист прислал правки. Не панические, не пугающие. Деловые. В

предложении Орлова не было ловушек, которые он смог бы увидеть сразу. Наоборот,

документ был составлен аккуратно и даже необычно бережно для человека, который

находился в уязвимой ситуации. Юрист предложил уточнить пару пунктов по зоне

ответственности и компенсации при досрочном выходе, но в целом написал: «Как

предварительная рамка — сильная позиция. Если работодатель готов закрепить это в

основном договоре, можно обсуждать».

Я перечитала слово «работодатель».

Работодатель.

Не муж. Не спаситель. Не враг Дениса.

Работодатель.

И почему-то именно это поставило всё на место.

В 15:42 я написала Марку:

«Я готова выйти на работу. При условии внесения правок юриста и без передачи

материалов Соколова».

Он ответил не сразу.

Почти десять минут телефон молчал, и я поймала себя на том, что жду. Не как женщина

ждёт сообщение мужчины. Как специалист ждёт подтверждение решения, от которого

зависит следующий шаг.

В 15:51 экран вспыхнул.

«Принимается. Завтра в 9:30. Центральный офис „Орлов Групп“. Начнём с команды и

текущего проекта».

Следом пришёл адрес.

Я смотрела на сообщение и чувствовала, как внутри поднимается что-то странное. Не

радость. Слишком рано для радости. Не облегчение. Слишком много впереди.