Елена говорила по телефону. Рабочая жизнь продолжалась, и от этого было легче. Она

не зависела от моего внутреннего надлома. Не останавливалась, не смотрела, не

требовала немедленно стать сильной.

— Денис тоже говорил, что помогает мне, — сказала я тихо. — Только потом выяснилось,

что вся помощь записана на его имя.

— Я не требую благодарности.

— Все так говорят в начале.

— Тогда не благодарите.

Я повернулась.

— Что?

— Не благодарите. Не доверяйте заранее. Не принимайте мою помощь как личную.

Проверяйте документы. Ставьте условия. Отказывайтесь. Спорьте. Если я предложу то,

что вам не подходит, говорите нет. Я не покупаю вашу верность, Варвара Андреевна.

Слова легли между нами тяжело.

Не красиво.

Не романтично.

Но точно.

— А что покупаете? — спросила я.

— Вашу работу. По договору. В рамках должности. С понятными обязанностями,

полномочиями и оплатой.

— И всё?

Он выдержал паузу.

— Нет.

Сердце почему-то ударило сильнее.

— Тогда что ещё?

Марк посмотрел на свои сцепленные руки, потом снова на меня.

— Я хочу, чтобы вы остались в проекте не потому, что вам некуда идти. Не потому, что

я вовремя дал защиту. Не потому, что Соколов хуже. А потому, что вы сами выбрали это

место.

Я молчала.

— Если я начну покупать ваше доверие, — продолжил он, — оно перестанет быть доверием.

Станет ещё одним пунктом расходов. Мне это не нужно.

— Почему?

— Потому что купленная верность заканчивается там, где человеку становится страшнее

уйти, чем остаться. Я не строю так команды. И отношения тоже.

Последние слова прозвучали тише.

Не как признание.

Как случайно открывшаяся дверь, которую он тут же мог закрыть.

Я должна была сделать вид, что не заметила.

Но заметила.

— Отношения? — переспросила я.

Марк не отвёл взгляд.

— Рабочие.

— Конечно.

— Сейчас — рабочие.

Вот это «сейчас» было лишним.

Опасным.

Слишком живым.

Я почувствовала, как вокруг нас снова меняется воздух. Не резко. Не очевидно. Просто

в деловой комнате с ноутбуками, схемами и юридическими рисками вдруг появилось

что-то, чему здесь не было места.

Я первая опустила глаза.

— Мне нужно время.

— На юриста?

— На всё.

— Берите.

— Без сроков?

— Сроки есть у Дениса. Не у меня.

Я усмехнулась.

— Вы умеете красиво ставить себя в выигрышную позицию.

— Это не позиция. Это принцип.

— У вас все принципы такие удобные?

— Нет. Некоторые дорого обходятся.

Я посмотрела на него внимательнее.

Впервые захотелось спросить: какие? Кто вас научил? Почему вы так спокойно говорите о

границах, будто когда-то заплатили за их отсутствие слишком много?

Но я не спросила.

У меня не было права лезть в его прошлое только потому, что он аккуратно касался