Я вскрыл пузырёк с нашатырём, намочил ватку. Сунул под нос своему храпящему пленнику. Тот хрюкнул и зашевелился. Я отошёл, давая ему время прийти в себя.

Луна сияла над холмами. Виноградные листья шевелило лёгким ветром, они так и не облетели за зиму, климат на Апеннинах мягкий.

Здесь, в двадцати километрах от города Рима, места были пустынные и почти дикие. Говорили, среди этих виноградников вполне можно встретить не только лисицу или косулю, но даже дикого кабана. Мне, правда, предстояло общаться с другим «животным». Из салона как раз послышалась его возня и сопение.

— Чего ты хочешь? — раздался хриплый ворчливый голос. Испуга в этом голосе не чувствовалось. Или дону Чезаре удавалось хорошо его скрывать. При его роде занятий это было полезное умение.

Сиденье машины заскрипело, дон Чезаре лез наружу.

— Если тебя наняли Гамбино или Турателло, то я заплачу больше, — пообещал он немного снисходительно. — И мы не будем тебя искать.

Он зашуршал по траве, приближаясь ко мне. Я стоял к нему спиной и на него не смотрел. Я уже насмотрелся.

Фильм «Крёстный отец» уже несколько лет как появился на экранах. Теперь мафиози по обе стороны океана из штанов выпрыгивали, чтобы быть похожими на то, какими показали их в Голливуде. И если у молодого и элегантного Луки это отчасти получалось, то дон Чезаре пыжился впустую. Он никак не походил на симпатягу Марлона Брандо с печально оттопыренной нижней губой. Со своими водянистыми глазами навыкате и лоснящейся мордой он скорее походил на жабу из мультфильма.

— Да, мы не будем тебя искать, — повторил он. — Даю тебе своё слово.

Мафиозный глава дон Чезаре давал мне слово. Он не знал, что это его слово уже мало чего стоит. Молодой, но влиятельный человек из его «семьи» поднял против дона Чезаре тайный мятеж. Это не было предательство. Это было свержение короля. Луку Палермо поддержали, никто не хотел ядерных ракет на Сицилии. Дон Чезаре предал свою малую родину. Его дети жили в Америке. Многие считали это неправильным. Может быть, всё это послужило только поводом для низложения, нюансы мне были не важны.

Но я привёз сюда дона не для того, чтобы рассказывать ему всё это. То были его проблемы. Меня интересовало другое.

— Нет, я не наёмный похититель, — сказал я, поворачиваясь. — И мне нет дела до ваших междоусобиц. Мне нужно знать, по чьему приказу вы прятали оружие в тайнике на кладбище церкви Святого Якова.

Луна осветила лицо моего собеседника с поднявшимися бровями.

— А, так это ты, русский, — оскалился дон Чезаре. — Мне говорили, меня предупреждали…