— Ты лучше расскажи, кто там тебе звонил, — напомнил я.

Оказалось, что звонил вот кто. Первым был мафиозный босс города Рим Чезаре Барзини. Вторым — человек из Красных Бригад, Ренато Розетти. Это было интересно.

Оба они, естественно, не афишировали род своей деятельности и для несведущих оставались просто бизнесменами. Для Барзини это прикрытие являлось, конечно, не более чем фиговым листком — мафиозный дон в Италии это должность почти официальная. Знающих о настоящей жизни террориста Розетти было куда меньше.

— И что они от меня хотят? — спросил я.

— Чтобы ты с ними поговорил.

— А зачем я им нужен?

Мой собеседник на том конце провода издал фыркающий звук.

— А ты не догадываешься?

Я задумался.

— Да, честно говоря, не особенно.

У меня и вправду не было об этом представления.

— Вчера на ринге ты уложил Джакомо-чемпиона, — терпеливо объяснил Ферри. — Они под впечатлением. И теперь хотят предложить тебе что-то вроде контракта. Чтобы ты выступал там же, в этом клубе, как их боец. Каждый будет пытаться заманить тебя на свою сторону.

— Понятно, — сказал я.

Что ж. Это открывало некоторые перспективы.

— Слушай, — решил я задать ещё один вопрос, — я вчера забыл у тебя спросить. Вот эти типы из Бригад… Как так получилось, что они ходят в такое место, как бойцовский клуб Карло Карбонары? Как-то это странно…

— Ну, на них же не написано, чем они занимаются в другое время, — фыркнул в трубку журналист. — А место интересное, для азартных людишек в самый раз. Там хватает и простых бизнесменов. Вот и эти сумели как-то затесаться.

Оно помолчал.

— А может, — сказал Ферри дальше, — их привёл туда кто-то из завсегдатаев. И тогда всё получается намного интереснее.

Ещё бы, подумал я.

Сегодняшнее утро в пиццерии выдалось непривычно тихим. Было оно таким оттого, что супруга хозяина, сеньора Оливия, отправилась на рынок. Без неё здесь казалось пустовато, как в аквариуме, в котором совсем мало рыбок.

Зато в отсутствие супруги разговорился Джузеппе. Он болтал с таксистом Луиджи, сегодня тот уже не орал, как ошпаренный, и поздоровался со мной, как с обычным знакомым. Разговор их был негромок, но мне отчётливо слышен. Говорили они о политике. Происходило это хоть и многословно, однако спокойно, без фанатизма.

В данный момент таксист Луиджи упрекал Джузеппе за его политические предпочтения.

— Это странно с твоей стороны, — перегнувшись через стойку, Луиджи размахивал руками перед носом у Джузеппе. — Дай этим коммунистам волю, они же всё у всех отберут! Национализируют! И будешь ты без своей пиццерии. Или ещё хуже — придётся работать здесь же, но бесплатно.