— Кстати, о порченом зерне… Я вчера купил на пробу несколько медимнов всякого. И порченого, и хорошего. Сегодня утром слуги доставили его в мастерскую. И знаешь, что я заметил? Мне принесли целый пифос якобы хорошей пшеницы, и на вид она действительно неплоха. Сухая и чистая… Но среди хороших большое число вот таких странных зерен.

Алексиус снова открыл ларец и извлек небольшой сверток. В нем оказалась пара горстей отличной пшеницы: крупной и отборной. Но среди пшеничных зерен множество темных крошек.

— Ты знаешь, что это такое?

— Конечно! Это спорынья — признак богатого, изобильного урожая. С ней хлеб слегка горчит, но некоторым так даже нравится… Хотя… Хм, пожалуй, ты прав, это немного странно. Обычно ее гораздо меньше. Чаще всего несколько крупиц в паре горстей. А тут… Наверное, был очень хороший урожай…

— Боюсь, что ты заблуждаешься, уважаемый. Спорынья в таком количестве сделает хлеб ядовитым. Он будет вызывать судороги и видения, а в конечном счете приведет к смерти.

— Этого не может быть!

Алексиус лишь сочувственно развел руками.

— И много на складах такого?

— Не знаю. Нужно проверять. Но мне показалось, что много… Предлагаю выкупить зерно, зараженное спорыньей, в счет государства, и я сделаю из него очистительную жидкость по рецепту Посейдона… Если обрабатывать ей руки и полоскать рот, то риск заболеть станет значительно ниже. А если врачи будут использовать ее при обработке ран, то получится уменьшить воспаления и нагноения…

У Алексиуса оказались очень обширные планы. Опять прозвучало безумное предложение закрыть Пирей. Все это просто не укладывалось в голове стратега. Но Перикл уже спешил в стратегион.

Алексиус, неловко прижимая к груди драгоценный ларец, проводил его до агоры, продолжая по пути засыпать своими идеями. Перикл, меланхолично поддакивая, приветственно махнул стражникам на входе и вошел под высокие своды стратегиона. С каким-то внутренним облегчением он плюхнулся на клисмос и предложил Алексиусу продолжить разговор позже.

— Разумеется, — кивнул юноша. — Если понадоблюсь, я буду в мастерской господина Тофона. Последний вопрос: об общегородском сборе золы. Она нужна чтобы изготовить другое вещество — мыло… Ну… я тебе уже рассказывал… — осекся Алексиус и веско добавил, — Это нужно организовать как можно быстрее.

— Хорошо, — вздохнул Перикл. — Полагаю, я сумею уговорить совет пританов издать такой указ.

— Да! Пусть для начала каждый дом складывает золу в какой-нибудь сосуд: пифос или амфору. Позже мы решим, как организовать сбор по всему городу.

Алексиус почтительно раскланялся и пошел к двери.