— С чего это они видеть-то должны? Они ж водки неправильной не пили, как мы, — съязвил Тихон, но машинист его не понял. Рабочие тем временем успешно поднялись по горке, затащили свой ящик и скрылись из виду.

— Нет, тут ты ошибаешься, а если они, скажем, на склад какой-то напоролись? Вдруг тут везде по городу склады с водкой неправильной? Не знаешь?

Тихон удивился такому вопросу.

— Тебе ж виднее, ты тут часто по складам ходишь. Что меня-то спрашивать такое. Я вообще в первый раз.

— Вот из-за тебя, значит, такое и случилось! — машинист встал и повернулся к сибиряку. Лицо было покрасневшее и злое. — Сколько раз хожу, все нормально, никаких энело твоих, водки неправильной и других безобразий, а тут все сразу. Мне рожа твоя сразу не понравилась! Уж не шпион ли ты, а? Засланец инопланетный?

Леонидыч на последних фразах поменялся в лице и поднял ружье на Тихона. Инженер почувствовал испуг и сильное биение сердца — еще ни разу на него не наставлял ружье другой сибиряк. Пару раз в него, правда, целились сотрудники КГБ, но этого-то с кем не бывает, а так чтобы простой человек, к тому же, с которым столько пережили…

— Отвечай!

— Хорош шутить, Леонидыч! — воскликнул Тихон. — Ну застрелишь ты меня сейчас, и как ты тогда сани будешь один на горку затаскивать?

Машинист поколебался какое-то время, потом опустил ружье и сказал:

— Да, ты прав. Потом с тобой разберусь.

Сибиряки пошли дальше, а мутанты тем временем вышли на перекресток и шли теперь по той же улице, что и Тихон с Леонидычем. Их разделяли каких-то четыреста метров. Ряды мутантов то и дело пополняли зверолюди, выпрыгивавшие из окон покинутых многоэтажек и вылезавшие из подвалов, толпа становилась все больше и больше.

— Ты погляди, они и оттуда прут! — сказал машинист, когда с улицы поворачивали на горку, и Тихон обнаружил, что спереди по улице идет точно такая же толпа мутантов, что и сзади. Леонидыч стал лихорадочно пытаться взобраться «лесенкой» на горку, а Тихон поддерживал сани сзади. Через секунду лыжи машиниста соскользнули, он пошатнулся и отпустил лямку саней, они повалились на бок, и часть коробок упала вниз.

— Мои консервы! — воскликнул Леонидыч и попытался спуститься вниз, чтобы собрать все упавшее, но Тихон остановил его. Тут не до консервов, каждая секунда на счету, машинист махнул рукой и повернулся обратно. В этот момент здание вокзала сотрясла какая-то неведомая могучая сила, сибиряки подняли сани, закинули туда один из мешков, который улетел не так далеко и быстро поднялись по горке. До поезда оставалось метров двести, Тихон уже видел отдаленный свет лампочки в кабине локомотива. Здание и земля вокруг сотряслось снова.