Дермидонтыч отрицательно покачал головой.

— Конечно, не читал, еще бы ты читал. Простым мужикам читать конституцию запрещено! Но я еще пару лет назад достал один подпольно перепечатанный экземпляр, он хранится у меня в погребе в целлофановом пакете. И что бы ты думал? Во второй статье черным по белому сказано, — сосредоточенный взгляд Георгия был устремлен вверх, он резко встал со стула, вытянул руку с рюмкой и продекламировал: — «Мужик и медведь, их права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод медведя и человека — обязанность государства». Высшая ценность! Обязанность! Понимаешь? И что у нас происходит…

— А я сегодня… посредством лазера нарушил трамвайное движение и спровоцировал нападение энело! — с горечью в голосе признался Дермидонтыч, ожидая выслушать порицание, но диссидент лишь коротко кивнул и продолжил.

— Я хочу сказать, что нигде в мире не происходят такие безобразия, как в нашей стране! Вот что я хочу сказать. Ты знаешь какое-нибудь место, в которой было так же холодно, как у нас?

— Гренландия? — предположил Дермидонтыч.

— Ты что! В Гренландии намного теплее, там уже половина ледников растаяла.

— А Канада?

Ипполитыч задумался, выпил немного из рюмки и снял шубу.

— Быстро у тебя согрелось. А про Канаду, к своему стыду, сказать ничего конкретного не могу — не владею информацией.

— Может, Восточное Самоа?

— Забудь про Восточное Самоа, мой друг, — грустно покачал головой Ипполитыч. — В результате акта случайной военной агрессии одного из наших медведей эта суверенная демократия перестала существовать. Виной тому — разгильдяйство военных наших ракетных баз и отсутствие контроля над сотрудниками-медведями. Хорошо, даже если не говорить про погоду, где ты видел страну, в которой зима — девять, а то и все одиннадцать месяцев длится? А солнечный цикл? В какой нормальной стране солнечный день в августе длится четыре часа?

Дермидонтыч согласился.

— Еще у нас мутантов за людей не считают, — продолжал диссидентствовать Ипполитыч. — Да как же они не люди, если любой мутант, какого не возьми, на человека похож?

— С мутантами все сложнее… — рискнул поспорить ученый.

— Да? Очень интересно, — сказал Георгий и откупорил бутылку. — И что в них такого сложного?

— Ты понимаешь, науке очень сложно поддается изучение этих антропозооморфных существ. Совершенно не ясны социально-биологические аспекты их возникновения, равно как и… — Иероним выпил рюмку. — Равно как и их некоторые их зоологические особенности.

— А по мне, так все просто. Радиация кругом, вот и появились. Говорят, это вы, ученые, виноваты, что их так много расплодилось, но я не верю. Если кто и виноват в возникновении этих… как ты сказал?