— Бедные… Как же вы без водки-то?

— А мы трезвенники! — воскликнул «доктор». — И не курим, поэтому и дожили до ста-ста десяти лет.

— Да ладно тебе врать, Сергей Степанович! Сам кедровку в позапрошлую зиму пытался на спирту настоять.

— Дык ведь то — не из стремление напиться, а сугубо из научного интересу!

— А самокрутка из еловой хвои? Тоже из интересу?

— Вместо того, чтобы трепаться, лучше бы вы меня освободили, — напомнил о себе Валерьяныч, и дикие геологи начали его освобождать. — А моего товарища проводите в туалет.

По дороге до нужника Тихон заметил странные осветительные приборы на подоконниках длинного барака: в цветочных горшочках в бурый каменистый субстрат были воткнуты старинные лампочки Ильича, подпёртые карандашиками и мерцавшие неровным, тусклым огнём.

— А чего это они светят?.. — спросил Тихон.

— Уран, — коротко пояснил геолог. — Холодный термоядерный синтез. Главное, графитовый стержень из горшочка не вытаскивать, а то будут неприятности.

Тихон кивнул — про графитовые стержни он помнил ещё с работы.

Работа. Казалось, родная атомная станция была так давно и далеко, что он уже никогда туда не вернётся. А стоит ли возвращаться? После того, что с ним случилось и что он увидел.

Может, ну его, этот внешний мир? Остаться тут, на станции, со стариками. Уран выкапывать и в цветочные горшочки складывать. Красота, а не жизнь!

Но нет, он ещё не выполнил свою главную миссию.

Интересно, а как раньше Никита с Лаврентичем с атомной станции проделывали этот путь с цистернами? Если с такими же приключениями, то почему молчали? А если спокойно, то почему у него всё не так гладко идёт?

— Вещи наши где? — спросил Тихон, вспомнил про цистерну.

— На склад оттащили, — старик приоткрыл входную дверь. На двое мела метель, сквозь которую виднелись очертания ещё двух бараков, обнесённых бетонной стеной с колючей проволокой. — Санки, правда, только одни вытащить смогли, и пара собак от взрыва погибла. Но ничего, мы выживших отогреем и приютим, собаки нам нужны.

Когда Тихон вернулся, Валерьяныч уже всё узнал и обо всём договорился. Тихо подозвал спутника в сторону и сказал.

— Объяснил им про наше задание, они спорить не стали и сказали, что завтра отдадут нам свой снегоболотоход. Я слышал про них от начальства, поговаривают, у нас в регионе целых три таких одичавших станции с геологами-аксакалами. Как я понял, раз в год нефтяники всё же привозят им какой-то товар в обмен на топливо — ну, нефтяники, сам знаешь, народ тёмный, живут обособленно.

— Странно, почему они до сих пор живы. Если они ещё при советской власти сюда пришли.