это наикратчайший путь. Да и Венский двор обещал в избытке мулов доставить, чуть ли не полторы тысячи голов от австрийцев сейчас ждём. Потому и тянем с выходом. Дескать, чтобы от нас избавиться, всё одно дадут они вьючных, никуда не денутся. Ты же Александра Васильевича знаешь, Живан. У него своё виденье. «Не бойся, орёл, прорвёмся! – кричит. – Неужто русский штык да через Альпы не прорвётся?» – Да-а, Альпы, – вздохнул Живан. – Ну что же, будем готовиться к скорому выходу. Заканчивается у нас, значит, Итальянский поход, впереди Швейцария. Под утро по армейскому лагерю побежали вестовые с выписками из приказа фельдмаршала: «Выступать в поход сегодня же поутру. Маршрут: Таверно – Сен-Готард. Всё необходимое взять с собой. На австрийцев не надеяться. Суворов». Алексей, свернув бумагу, сунул за обшлаг. Выйдя из палатки, посмотрел на светлеющее с восточной стороны небо. Где-то в покрытом сумерками лагере перекликались часовые. Кто-то ворочался и стонал во сне у догорающего костра. Пахло дымом, лошадьми и чем-то кислым. Пора. – Барабанщик, бить зарю! Глава 2. Чёртов мост Ещё затемно, задолго до того как первые лучи солнца коснулись горных вершин, в лагере ударили барабаны. Сначала далеко, у штабных палаток, потом ближе, перекатываясь от полка к полку, и вот уже дробь неслась над всей равниной, вырывая людей из сна и поднимая армию. Алексей оглянулся вокруг. Лагерь просыпался – неспешно, по-хозяйски, но с той неторопливостью, какая бывает перед большим переходом. Везде, куда ни кинь взгляд, копошились люди: сворачивали палатки, увязывали пологи и шинельные скатки, укладывая их поверх ранцев, выводили лошадей и мулов. Пахло дымом от разгоравшихся костров, лошадиным потом, кашей из артельных котлов и тем особым несвежим духом, что бывает в том месте, где долгое время живёт бок о бок множество людей. – Алексей Петрович! – окликнул генерала Гусев, подходя с озабоченным лицом. – Колеганов докладывает, что походный провиант на три дня по артелям роздан. Сухари, толкан, вяленое мясо и панфорте – всё, как приказывали, в заплечных мешках. Ну и двойной запас патронов, само собой. Люди жалуются – тяжело. К каждому «заплечнику» лишних двадцать фунтов прибавилось. – Ничего, – ответил Егоров, оглядывая просыпающийся лагерь. – В горах припас уменьшится, легче будет. Пусть пока несут. Без этого груза совсем смерть. Они пошли вдоль линии сворачиваемых палаток. Повсюду кипела работа. В одном месте егеря, переругиваясь с интендантскими, грузили на повозки ящики с патронами и бочки