Лев Алексеевич нахмурился:

— О чем ты?

— О том, что среди кланов считается зазорным иметь работников-вайлордов, — пояснил я.

Лоб Добрина разгладился, и старик, как обычно, добродушно усмехнулся:

— Ну да, есть такой, как говорят синдикатовцы, пережиток прошлого. Но сейчас-то мы живем в прогрессивное время, так что на некоторые традиции в определенных ситуациях можно слегка прикрыть глаза.

Лев Алексеевич замолчал, погрузившись в свои мысли. Интересно, как он сам относится к этим «пережиткам»? Ведь, по сути, работник синдиката во всех смыслах является членом синдиката. То есть даже, условно, первый советник тоже работник. Но в кланах иначе. Работники клана являются полноправными членами клана только в глазах государства, ну и, может быть, врагов клана. Для самого же клана эти работники являются помощниками членов клана. И если клан держит вайлорда в работниках, то это дурной тон. Вайлорд должен быть полноправным членом клана. Неважно, родился он в клане или же его приняли.

За своими размышлениями я пропустил тот момент, когда Добрин начал на меня ехидно смотреть. Поймав мой взгляд, он выдал:

— А что, тебя самого не устраивает статус работника? Хочешь к нам в клан вступить? Уж не надумал ли ты за моей внучкой приударить?

— Нет, что вы, меня все устраивает, — я поднял обе руки, — просто о вашей репутации беспокоился.

— Уверен, что только это? — недоверчиво прищурился он. — А то имей в виду, если какая девица из наших вайлордов приглянется, можем рассмотреть вариант брака, при котором девушка остается в клане, а муж берет ее фамилию. — Лев Алексеевич продолжал ехидно лыбиться, а затем, посерьезнев, припечатал: — Но только чтобы все по любви было! В обиду никого из наших дам я не дам!

Он рассмеялся, обыграв свои слова, как шутку.

— Хорошо, буду иметь в виду, — я улыбнулся из вежливости. — Но к семейной жизни я пока совершенно не готов. Так что, если вас все устраивает, с радостью останусь обычным клановым работником.

— Вот как? Назад решил сдать? Ну ладно… — Добрин грустно вздохнул.

И вновь повисло молчание. Что ж, тянуть кота за причинные места больше нельзя. Пора нырять в прорубь.

— Однако перед этим я чувствую себя обязанным рассказать о своем прошлом.

— О-о-о… — протянул Лев Алексеевич. — Признаюсь, удивил… и обрадовал заодно. С радостью выслушаю.

Я выдохнул и кивнул:

— Уверен, вы уже поняли, что меня обучали быть вайлордом. И это не вяжется с тем, что в госбазе не отмечено, что я вайлорд. Ведь все дети сдают кровь на анализ… В общем-то я тоже сдавал, как и все, в семь лет. Хотя это была формальность, так как сам я и моя семья уже знали, что я вайлорд. Я уже давно тренировался. Мой отец тренировал меня… — я замолчал и посмотрел на Добрина. Он внимательно слушал, ожидая продолжения.