— Откормить меня решила? — усмехнулся я.

— Да брось ты, здесь не настолько много.

От пирога я не отказался. И правильно сделал — готовит она вкусно.

На работе никто меня не беспокоил. Если не считать нескольких прочитанных и проигнорированных сообщений от Насти. Ее сообщения стали уже привычным делом, и, в целом, не отличались оригинальностью.

Когда закончился рабочий день, я поехал домой. Припарковал машину во дворе и прогулялся до магазина. Позвонил Свете, чтобы узнать, что купить. Набрал целую корзину продуктов и отправился готовить ужин.

Наша домашняя кулинария не отличалась сверхсложными изысками. Например, в тот вечер я решил приготовить удон с курицей и яйцом. Когда закончил, уселся напротив телевизора. Переключая каналы, наткнулся на новости, где показывали кадры протестов. Протестующий было не очень много, особой агрессией они не отличались, относительно мирно потрясали плакатами у здания суда, требуя сохранить парк «Орлик». Тот самый, который располагался в нашем микрорайоне неподалеку от моего дома. Тот самый, в котором уже с части территории убрали скамейки, будто готовясь к стройке. Насколько я понял, решение суд должен принять не то сегодня, не то завтра.

В прихожей щелкнул замок, и я, поднявшись с дивана, отправился встречать сестру.

— Привет, проходи, ужин готов, — кивнул я и немного нахмурился. — Что-то случилось?

— Привет, братец, — вымученно улыбнулась она. — Да так, сядем есть, расскажу.

Пока она переодевалась и мыла руки, я накрыл на стол и налил чай. Мы сели, пожелали друг другу приятного аппетита и приступили к ужину.

Я не торопил ее с рассказом, хоть и поглядывал на сестру, не скрывая беспокойства. Когда в ее тарелке осталось меньше половины порции, она подняла на меня глаза:

— Сегодня после работы у меня состоялся разговор со вторым советником синдиката «Багряные псы», — она замолчала, ожидая моего ответа. Но через пару секунд обеспокоенно спросила: — Брат, ты злишься?

— Нет, — улыбнулся я. — С чего ты решила?

— Твое лицо выдало тебя с потрохами. Что случилось? Отчего такая реакция? — с ходу перешла в наступление Света.

— А чем тебя удивляет моя реакция? По-твоему, странно, что мне не нравится, что один из тайных кланов лезет к моей сестре? К тому же именно тот, который довел моего друга до суицида?

Я больше не пытался сдерживать эмоции, и мой голос прозвучал довольно грозно. Света поежилась, но тут же подалась вперед, быстро сказав:

— Не переживай, я ему отказала. Очень вежливо, но твердо.

— Да я и не переживал, — выдохнул я. — Так что от тебя хотел этот советник?