— Почему? — вяло поинтересовался сантехник, погружаясь в блаженную негу ничегонеделанья.

— Потому что сами себя с санкциями наебали. От газа-то сразу не отказались, а вот автопром урезали, — объяснил Битин. — Мы в ответ запретили им ловить лосося в Курильской гряде. А именно там он нагуливает вес для вылова. С востока к берегам Японии он не подходит. В самом океане его не особо и поймаешь, да и худой он там. Лосось с океана вообще, сука, хитрый. Ровно через три года, набрав жир и вес он идёт именно в те речки, откуда мальком скатился в океан. А это Курилы и Сахалин.

— А я слышал, их ещё ещё выращивают на фермах, — припомнил Боря и сонно зевнул.

— Дикий лосось, это тебе не жалкое безвкусное подобие с акваферм, — уточнил Бита и недвусмысленно посмотрел на сантехника, нахмурив брови. — Так что я ещё раз спрашиваю, Борь. Где оружие? Это наш дикий лосось с Князем, понимаешь? Без него никуда!

Боря посмотрел на своих дрожащие пальцы, снова хмыкнул. Дрожали они не от страха, а от переработки. А страха в нём осталось меньше, чем икры в лососе после нереста.

— Давай по порядку, — заметил сантехник. — Ты просил сделать отопление без очереди и автомобилем заняться. Я сделал то и другое. Какие-то вопросы ко мне остались?

— Боря, вопросы не у меня. Вопросы у Князя, — уточнил грозно Битин. — Он мне по телефону такие грозные смайлики слал, что дважды прослабило.

— Тебя не было пару недель. Я введу в курс дела, — охотно разъяснил Глобальный. — Князя за жопу Шаман взял. И если бы я от оружия не избавился, то ты приехал бы аккурат к похоронам Князя, его дочери, не состоявшейся жены и меня заодно. А потом и о тебе бы вспомнили. — И Боря прикрыл глаза. — Так что не надо спрашивать меня об оружии, Бита. Это вопрос закрытый. Шаман больше без претензий. Хотите свадьбу у него гуляйте, хотите дни рождении празднуйте. Это уже не моя забота.

Битин все накопившиеся слова проглотил, а затем мельком глянув на спокойного как сытый удав сантехника, отложил все вопросы на дальнюю полку и просто спросил:

— Что тут у вас вообще произошло?

— Ой… много всего, — отмахнулся Боря, но тут же кашлянул и воспроизвёл слова Тракториста, почти тем же серьёзным тоном: «Но Шац за базар по-прежнему отвечает».

— Вот оно что, значит, — пожевал губу Бита и задумался, сделав для себя какие-то выводы. — Не зря я, значит, Зару ещё не недельку оставил на курорте. Разгребать тут теперь за вами. Дел накопилось.

Тут Биту как переклинило. Словно тумблер с «мрачного» на «весёлый» переключился. Он как будто только сейчас понял, что две недели отдыхал на курорте, мохито пил и коньяком запивал. А в свободное время обгорал и сметану искал где достать. Но вновь коньяком лечился.