— Как это? — даже заинтересовался Глобальный, так как Дедова развести на его веку никому не удавалось.
— А вот так. Подходит ко мне мужик, значит. Ну знаешь, обычный такой филиппинец. Желтоватый, кареглазый, низкорослый, причёска почти под ноль. И давай на своём что-то бур-бур-бур.
— А ты? — только подогрел интерес сантехник.
— Я подумал, что мужик «очень извиняется, и просит пару долларов на то, чтобы прибухнуть». Ну вид у него такой жалостливый был. И джинсовые шорты дырявые. Да и майка потёртая.
— Так это модно же.
— Ну я-то не знал. Короче, взял ещё пива, показываю. Садись, мол. Прибухнём вместе.
— А он?
— Он заулыбался тут же, напротив меня присел. И пиво дует, довольный такой.
— Так-так-так, и что дальше было?
— А что? Сидим, лыбимся. Но пиво подошло к концу. Во всех смыслах. Думаю, сходить в номер надо, отлить. Поднялся, на конец показываю. Мол, сорян! Отойти надо.
— А он?
— А он ещё больше заулыбался и кивает во всю. Я главное, в номер пошёл, а он за мной. Ну думаю, парень тоже не дурак. И отлить хочет. А мне что, жалко? У нас в номере в Зоей и толчок, и биде, и ванна, и душ. И какой-то херни нет, чтобы площадь занять санузла. Не жалко. Пустил я его в номер. Сам зашёл, отливаю.
«А, ну всё понятно. Деньги из номера увёл или что-то стырил», — тут же предположил внутренний голос. Но Боря решил дождаться развязки, не строя догадок.
— Короче, долго отливал я. Старость не радость, всё-таки. Выхожу с извинениями. Думаю, сейчас из мини-бара что-нибудь накатим, догонимся. А он… на кровати сидит. И сука… голый. Ты понимаешь?
— Чего⁈
— А того! — заржал Степаныч. — А я смотрю, и понимаю, что что-то не так. Вроде мужик сидит. Ну, грудь волосатая, ноги, руки. Ебасос страшный. Всё, как и полагается мужику. А присмотрелся — кадыка нет. И ножки маленькие. А знаешь ещё чего нет?
— Того… самого?
— Ага! — снова горячо поддержал Степаныч, ухахатываясь. — Смотрю, а между ног пизда. Волосатая жуть, но — пизда. Дырка! Щель! Вот те крест!
— Степаныч, да иди ты!
— Так я там уже… почти был, — продолжал ржать Дедов. — Главное, сидит мужик, а между ног такое дело.
— Погоди, а Зоя что?
— Так пришла и давай ржать в голос. Ты, говорит, на какую образину меня променял? А сама по стенке сползла и слёзы вытирает. Смеха! Короче, мужика… ну или не мужика совсем, а бабу-оборотня… даже смутила. Тот… та… да похуй, короче! «Это» подскочило, оделось и убежало. А Зоя давай меня просвещать, что не только мужики сиськи наращивают и болты оставляют, чтобы туристов цеплять на задний ход, но и бабы в ус не дуют. Тем более, что усов у многих больше, чем у мужиков ихних. Тут-то я и узнал, что есть и обратные «трансформеры». А меня подснять пытались. Я же угостил приветственным напитком, вроде как. Ещё и в номер повёл. Ошибки быть не могло, но… да что я тебе рассказываю? Зоя меня потом весь вечер на улицу не выпускала, пока окончательно не убедилась, что больше не перепутаю… О, идёт. Ладно, всё. Пора нам на сафари на квадроциклах. Макак по джунглям гонять будем или вроде того.