Мелькнула мысль, что хорошо было бы отключить терминал. Но он не успел ее ухватить и развить, как провалился в глубокий сон. В сон без сновидений, в бездонный черный омут, который все глубже и глубже засасывал его в себя, опускал все ниже и ниже. Казалось, что падать уже некуда, но это все обман.

Ему удалось урвать чуть больше двух часов сна, как работа вновь позвала его к себе. Раздался тревожный зуммер вызова на терминале, настойчивый и наглый. Он пробился сквозь толщу сна и вырвал сознание Сереги на поверхность, в реальность. Голова гудела, словно он накануне выпил не одну бутылку вина. Веки налились свинцом, в виски впрыснули яда. Он с трудом сполз с дивана и доковылял до стола, раскрыл рабочую панель терминала и нажал кнопку приема. Тут же на экране появилось тревожное лицо Леха Шустрика.

— Какого черта? — вырвался стон у Одинцова. — Что тебе от меня надо? Ночь на дворе.

— Боюсь, что ничем порадовать тебя не могу. Извини, что разбудил, но беда, она, ты же знаешь, не разбирает, где день, где ночь, — в голосе Шустрика звучала сталь.

— Я буду у тебя через пару минут. Приведи себя в порядок. Приду не один.

— Это не может подождать еще пару часов? — устало спросил Серега, понимая, какой будет

ответ.

— Потери за эти пару часов, если не принять верное решение, могут оказаться катастрофическими.

— Кого с собой прихватишь? Лодия не трогай. Пусть отдохнет. Ему несладко пришлось в последнее время.

— Я в курсе его похождений. Сработано мастерски. Все­таки решение оставить Тихое братство на службе Нортейнского княжества оказалось верным. А ты спорил? — с укором в голосе произнес Шустрик и разорвал соединение.

Привести себя в порядок, это, конечно, хорошо сказано. Только вот на это минимум надо пару часов здорового сна, в придачу к тем, что уже вырвал у реальности Серега. Но этих пары часов у него не было. Он с трудом заставил себя подняться и прибраться с дивана, запихнул подушку и одеяло назад в шкаф, подумал о том, что литр крепкого кофе его бы сейчас спас от усталости, да хлеб с ломтем буженины и зеленым луком. При мысли о бутерброде в желудке заурчало.

Он вернулся за стол, нажал кнопку вызова охраны. В кабинет тотчас заглянуло бодрое усатое лицо с большим красным носом. Гвардеец из роты личной охраны князя, Серега его много раз видел и даже знал, как его зовут, но с этими тяжелыми заботами имя почему­то никак не вспоминалось.

— Принеси кофе, пожалуйста, да сваргань что­нибудь пожевать. На кухне, наверное, уже все спят, разбуди кого­нибудь, пусть подсуетятся. Ничего серьезного не надо, так, на один