Сергей работал у себя в кабинете над очередным отчетом Дерека Ральфа, главы управления Внешней разведки. Он собирался уже закончить. Время близилось к полуночи, когда в дверь раздался стук.

Серега отложил доклад в сторону, нажал кнопку на столе, разрешая посетителю войти, и удобно откинулся в кресле. Кому это он потребовался в столь поздний час?

Дверь открылась, и вошел Лех Шустрик. Выглядел он уставшим и встревоженным.

— Привет, старый пень, совсем, наверное, зачах в своем кресле? — заговорил он с порога.

Если бы кто услышал эти слова, адресованные князю Волку, решил бы, что их автор совсем свихнулся, и жизнь ему недорога. Сейчас последует вспышка гнева и скорая казнь нахала, но Серега лишь улыбнулся и протянул руку, указывая на свободное кресло.

— Садись давай, старая лиса. Чего так поздно? До утра подождать не мог? Меня Айра совсем заждалась. Я ее уже два дня не видел. Как вчера с Марком попрощался, улетел сразу, сегодня вот к вечеру вернулся и сразу за работу.

— А ты что думаешь, я не в курсе? И что там в Краснограде? Зачем ты потребовался? — спросил Лех, погружаясь в кресло. — А у тебя есть что­нибудь для души и тела?

— Если ты про прохладительные напитки, могу предложить вино или пиво. Темное? Клеманское. Свежий урожай.

— А давай по кружечке темного. Клеманское я люблю, — согласился Лех. — Смотрю я, ты совсем Волчье пиво перестал жаловать. Давно у тебя на столе его не видел. Оно в принципе и правильно. Надо пробовать новые вкусы, а то можно и зачахнуть со скуки.

Серега выбрался из­за стола и направился к бару, замаскированному в книжном шкафу. Он выбрал два небольших бокала, достал непочатый глиняный кувшин с пивом, распечатал его и наполнил бокалы.

— И все­таки что тебе не спится? Завтра, насколько я помню, нам предстоит поездка в Инкубатор. А ты на ногах? — спросил Серега, возвращаясь к себе.

— Думаю, что поездку в Инкубатор придется отложить, — заявил Лех и сделал глубокий глоток. — И впрямь вкусное клеманское. Давно такое не пил.

— Почему это отложить? Мы давно уже не были в гостях у Шарифа… — насторожился Сергей.

Инкубатором назывался научно­исследовательский институт, занимающийся вопросами психоматрицирования. Если говорить простыми словами, сотрудниками Инкубатора создавались слепки человеческого сознания, которые можно было пересадить на любой другой носитель. В самом начале развития княжества Нортейн именно эта технология позволила быстро развить науку и технику. Инкубатором руководил академик Шариф, когда­то служивший ихорам, но выкраденный и перевербованный Одинцовым.