Вернулись из разведки Драмин, Колин и Вихрь. Усталые, но довольные жизнью. Вихрь тащил на себе тушку кабанчика. Профессионал, что тут говорить. Зашли его в пустыню без еды и воды, и там кабанчика раздобудет. Серега бы не удивился, если бы он и пиво где-нибудь нашел. Увидев чем занимаются их товарищи, разведчики так занервничали, что чуть из штанов не выпрыгнули, но Одинцов был непреклонен.

— Докладывайте.

— В округе все чисто, командир. Ни следа ворога, — начал Драмин, почесывая голову.

— Никаких следов, — подтвердил Колин, накручивая от нетерпения длинный ус.

— Вот только ужин… так сказать… — скинул с плеча тушку Вихрь.

— Как дорога дальше? Подгорный путь цел?

— Вход открыт. Чисто там, клянусь восточным ветром — ответил Драмин, не отрывая взгляд от плещущихся товарищей.

— Мы немного прошлись… так сказать… и порядок… не видно никого, — добавил Вихрь.

— Можно двигаться дальше. Вполне, — подтвердил Колин.

Ничего более толкового от них нельзя было добиться. И Одинцов махнул рукой. Свободны мол, идите купайтесь. Бойцы так обрадовались, что в пять секунд разделись до гола и бросились в воду, вереща словно стая папуасов каннибалов при виде безоружного белого.

Сергей поднял трофейный меч, добытый в сокровищнице князя Боркича, и неспешно повязал его на пояс. Отличное оружие и в то же время древнее. Одинцов чувствовал это, как и ту силу, что таилась внутри клинка. Если бы он провалился в волшебный мир, то точно бы утверждал, что меч ему колдовской достался. Но пока никаких чудес видно не было, так что о магии можно забыть. Но что-то в этом мече было такое, не объяснимое…

— Какой у тебя план?

Серега резко обернулся. Позади стоял голый Лех Шустрик и насмешливо наблюдал за другом.

— Ты о чем?

— День пути по подгорной тропе и мы окажемся в Краснограде. Что дальше?

Шустрик выбрал свой комплект одежды и стал одеваться.

— Найдем постоялый двор, на кармане у нас звенит, так что с этим порядок…

— Пока… порядок… — поправил его Лех.

— Дальше пойду искать вербовщика и наймемся в какую-нибудь армию… — неуверенно сказал Одинцов.

— Идея замечательная. Только у нее есть один изъян.

— Какой?

— Ты!

— Не понял, — попытался обидеться Одинцов.

— Ну, вот скажи мне на милость. Придешь ты к вербовщику. А тот тебя и спросит. На какой войне ты был? В каких боях участвовал? Ты и не знаешь, что ответить. Тогда тебя попросят назвать все крупные войны и сражения за последние лет пять. Но ты и этого не знаешь. Напрашивается вывод, либо ты свонравец засланный откуда-то шпион, либо… — Шустрик развел руками, поскольку он был в одном сапоге, то тут же потерял равновесие и свалился на задницу.