И вот, когда это произошло, мне придётся исполнить мечту своего пубертата: уменьшиться. И мне было страшно. Страшно, что я вновь не смогу воспринимать себя так, как должна.

Ведьма взяла в руки книгу и, кидая что-то в котелок, нараспев читала заклинание. Сначала ничего не происходило, а затем я ощутила, как заболели пальцы, словно запульсировали. Следом за ними боль перетекла в запястья и лодыжки и начала подниматься выше, и вскоре голова взорвалась болью.

Я упала на бок, больно ударившись виском, и застонала, выгнувшись. Я чувствовала, как меня ломает. Кости словно расходились, выворачивались, двигались, а сухожилия сращивались заново. Мне было так больно, что я уже пожалела о своём решении идти на поводу у тролля. Теперь принца Бастиана я ненавидела ещё больше, особенно его маленький рост! Вот не мог вырасти чуть повыше? Кто его просил останавливаться в росте, а? Лучше бы его подвергли этому ритуалу, только с увеличением.

О, а можно украсть рецепт и, скажем, уменьшить ему кое-что другое в отместку? Ну не мне же одной мучиться!

Боль схлынула так же неожиданно, как и настигла. Я лежала на полу, обнимая колени, и тряслась. Я не сразу осознала, что неприятные ощущения уже отступили, поэтому просто смотрела в одну точку — на новенькие, красивые туфельки. Точнее, одну туфельку. Вторая же осталась где-то у дракона…

Кстати, как мы с ним встретимся, чтобы мне выкрасть у него Нефритовую жемчужину? Или я всё-таки не зря с ним встретилась, а по мановению руки одного демона? Что, если я оказалась там не случайно и встречу подстроил демон?

Впрочем, подумаю об этом позже.

— Вставай, девочка. Пройдись. Ощути себя, — ласково произнесла ведьма и подала мне руку.

Вот только в её помощи не было необходимости: тролль схватил меня под мышки и приподнял. Колечко, подаренное отцом на восемнадцатилетие, слетело с пальца и упало на пол. Его тут же подхватила ведьма и потёрла о свой халат, очищая от пыли подвала. Тролль поставил меня на ноги, но я едва не рухнула вниз — тело ощущалось странно, словно ватное, поэтому он придержал меня, вновь подняв, только на этот раз как ребёнка.

И понёс вверх по лестнице.

Ведьма осталась позади, переливая зелье в скляночки. Я с каждой секундой приходила в себя, ощущая своё тело всё более живым и «моим». Начала разминать плечи, руки. Со стороны всё выглядело так же, как я привыкла, и всё равно… что-то было не то.

Мы поднялись в избушку. Кбыр усадил меня на стул, подвинув ко мне крынку молока, которую ведьма ещё не успела убрать в холодильник. Ну, в местный его аналог.