Одна из девушек, та, что была в кричащем красном платье с оголенными плечами, замедлила шаг и явно собиралась что-то сказать Марии, но ее отвлек тот самый блондин, которого Альба видела в общежитии в компании парней:

— Виолетта, я занял вам и вашим подругам места, — он указал на два сдвинутых столика, с одного из которых поспешно убирал свою еду какой-то щуплый парень в мантии.

Сейчас рядом с блондином был только один товарищ, походивший по взгляду и сложению на мордоворота-телохранителя больше, чем на обычного студента.

— Как любезно с вашей стороны, Ганс, — мило улыбнулась девушка в красном платье. — Сейчас мы к вам присоединимся.

Все три любительницы роскошных нарядов проследовали к блондину, двигаясь так, как модели на модном показе.

— Вот грымза высокородная, — фыркнула вполголоса Мария. — Мозгов никуда больше поступить не хватило даже отцовские средства, зато разоделась как на бал.

— Ты ее знаешь? — теперь уже Альба ухватилась за возможность сменить тему.

— Да. Ее все в городе знают. Виолетта ле Труэль и ее вечные подружки. Ле Манн и ле Данн, если я правильно помню. Мы вместе вступительные сдавали.

Стивен фыркнул.

— Ничего смешного.

— Только девушки могут ссориться из-за одежды, — парировал он.

— Ага, а мальчики ссорятся просто чтобы выяснить у кого что больше, — отрезала Мария. — Надеялась, что она заберет документы и попробует пройти на что-то попрестижнее. На алхимию, например. Но увы. Не знаю, что она на практической забыла, но если и ван Хатен здесь, то компания будет та еще.

— Ван Хатен — блондин?

— Ага. Его отец — один из известнейших в королевстве боевых магов. Но, кажется, сын не в отца, коль Ганс у нас. После оглашения результатов экзаменов он с друзьями разнес таверну, и только поэтому папаша не перевел его на боевика в какое-нибудь учебное заведение пониже уровнем, и не дал в следующем году пробовать еще раз поступать.

— А практики чем плохи?

Альба уже доела и собиралась оставить будущих однокурсников разбираться со своими делами, у нее еще «История» и «Теория магии» непрочитанными лежали, но все-таки слова Марии будили интерес. Альба не была общительным человеком, ни в школе, ни в университете не обзаведясь друзьями. Пришедшую это не волновало, как и очевидно маячащий на горизонте статус «белой вороны», — презрительный взгляд этот титулованной «ле» и ее подружек от Альбы не укрылся. Но все же любопытство пока не позволяло закончить беседу.

— Да ничем не плохи, — Мария пожала плечами. — Просто многие высокородные считают ниже своего достоинства учиться чему-то кроме того чем занимается их род, а общая магия вызывает куда меньше интереса.