Это заявление аудитория встретила недоуменной тишиной.

— График посещений вам сообщит магистр Фаве, он и будет курировать этот наш небольшой проект практического погружения в реалии, так сказать, собственной профессии. Так же хочу заметить, что некоторые ваши однокурсники будут проходить в этом и следующем году параллельное обучение на экспериментальном курсе магии разума, потому отнеситесь к этому с пониманием. В этом году набор на проект закрыт, но если кто-то решит попробовать свои силы в следующем — обговорите это с магистром Теором или со мной, я подскажу, к кому обратиться для дальнейших разъяснений. Отбор в команды арканбола и вламага будет происходить через две недели, Курт вас известит, или можете ориентироваться на объявление на доске. Надеюсь, запрет разглашения некоторых подробностей нашей с вами летней практики никто не пробовал взламывать? Нет? Вот и хорошо, а то потом проблем будет очень и очень много. Слухи ходить будут в любом случае, но не стоит их раздувать. Тогда если нет вопросов — то свободны, сдавайте мне отчеты и забирайте расписание. Ах, да, — спохватилась декан, когда все уже начали постепенно подниматься со своих мест, — если узнаю, что кто-то затеял дуэль или еще какие-то разборки — вылетите из университета быстрее, чем дуэльный кодекс вспомните. Отчеты на доделку верну на первой паре по практической работе в нестандартной магической ситуации, она у нас с вами в четверг, кажется. Теперь — точно свободны.

Вопросов было немного, да и декан явно торопилась, потому уже через десяток минут Альба сдала свой труд о Кузне и, взяв расписание, вышла из кабинета.

— Хоть и старостой стала, но могла бы и промолчать, — Свен мрачно закинул свой пергамент с расписанием в рюкзак и зашагал рядом с Альбой в основной корпус, где сейчас должно было состояться знакомство с их группой менталистов.

— О чем ты?

— Ты сдала меня декану, — обвиняющее вскинулся рыжий.

— Ага, три раза.

— Между прочим, я теперь еще и на факультатив по этикету ходить обязан. Семестр.

— И я тут причем? — Альба все еще не понимала, почему именно ее Свен винил в своих бедах. — Драться ты полез. А я вообще почти до обеда у себя спала, и уж точно никому ничего не говорила.

— Да ну тебя. Думал мы друзья, а ты…

— Ага. Друзья. Напомнить кто вчера меня в угольки превратить пытался? — Альба остановилась и развернулась к рыжему, уловив промельк разом вины и злости на его лице. — Если ты мой друг, то хоть немного доверяй мои словам. А на нет — и суда нет.

Не дав ему ничего ответить, Альба зашагала к нужному корпусу. В самом деле…