— Разве что упрямством, — поддела я, хотя понятия не имела, кто такие дикие!

Ллайд резко приблизился, склонившись надо мной.

— Ты!.. Ты испытываешь моё терпение, Иветта.

— Но почему я не могу полетать на тебе?

Жуть как хотелось! Я даже представила себя на том прекрасном белоснежном драконе, который, конечно, испугал меня в первые минуты, но это ведь было до того, как я узнала, что это Ллайд.

— Ты издеваешься или действительно не понимаешь? — прищурился Ллайд. — Я никого и никогда в своей жизни не… возил. — Кажется, слова давались дракону тяжело. — Потому что моей наездницей будет только моя истинная.

Ой-ёй второй раз!

— Так это же я, — нагло заявила я и улыбнулась. Чего только не скажешь ради того, чтобы полетать! Даже хлопнула ладонью по плечу мужчины, на мгновение забыв, что передо мной повелитель льда. — Так что вперед!

— Иветта! — не знаю, как это имя можно было прорычать, но он его прорычал. — Еще не доказано, что ты моя истинная!

— Ты можешь проверить прямо сейчас. Где заколка?

— Во дворце, — ответил Ллайд. — Проверим после того, как навестим жемчужных.

— Боишься, что твоя истинная может оказаться преступницей? — провокационно спросила я.

— Боюсь, что моя истинная опять может оказаться стервой, — рыкнул Владыка, стремительно сократив расстояние между нашими губами.

Но я уже успела зацепиться за одно-единственное слово в его речи.

— Опять?..

Он замер и нехотя пояснил:

— Когда-то давно я уже встретил истинную, но отказался от неё.

Я почувствовала всколыхнувшуюся ревность. Откуда она взялась? Почему я должна ревновать того, кто не видит меня настоящую, не может узнать? Зачем мне он? Тем более, если я планирую вернуться.

— Почему?

Ну вот зачем, зачем я спрашиваю? Какая мне разница? Владыка смотрел мне в глаза.

— Она вызывала сомнения, — ограничился он ответом.

Что же между ними произошло, что он отказался? Предала? Изменила? К изменам у меня тоже весьма болезненное отношение.

— Как и я?

— Ты, Иветта, вызываешь куда большие сомнения.

— И куда большие чувства, не так ли?

Да что же я творю? Зачем я провоцирую его? Почему так хочется быть для него единственной и неповторимой? Ох, и нарываюсь я! Нарываюсь на то, чтобы навсегда остаться в этом мире.

— Ты права, — хмыкнул Владыка. — Ты вызываешь… очень сильное… желание… — с каждым словом он наклонялся ниже, к моим губам, обдавая меня горячим дыханием, — … прибить тебя.

Резко отстранившись, Владыка развернулся и направился к выходу, оставив меня с бешено колотящимся сердцем и горящими щеками. Вы посмотрите, какой нахал!

— БоПи, вот и что мне с ним делать? — нахмурившись, спросила я, когда за Владыкой закрылась дверь, и погладила песца.