— Эм... ну... Как бы... — замямлил Акихито, не ожидавший такого подвоха. Однако японский принц быстро взял себя в руки. Улыбнувшись, он произнёс: — Не дарам говорят, что русские люди умеют задавать вопросы прямо в лоб.

— А? — удивлённо хлопнул глазками Арвин и склонил голову набок. — Я разве что-то спрашивал?..

— Ну хватит уже, — вздохнул я. — Арвин, у Акихито мозг сломается от беседы с тобой. А ты, — я указал пальцем на японского принца, — похоже, тоже немало нахватался от русских людей. Но, увы, дружище, сейчас я не могу ответить на твой вопрос. А ты можешь не отвечать на вопрос Арвина. Но знай, я очень сильно переживаю за будущее своей сестрички и желаю ей только счастья. Полагаю, император Российский тоже хотел бы, чтобы его тетушка вышла замуж по большой любви. Можешь считать это намёком. Или даже официально позицией рода Александрит, раз уж благодаря кое-кому у нас зашёл подобный разговор.

Пусть и с трудом, но всё же Акихито смог справиться с удивлением. Он медленно кивнул, переваривая полученную информацию. На миг я даже подумал, а не передавили ли мы с Арвином? Вдруг он вообще не рассматривал вариант свадьбы с Яной?

Но я тут же выкинул эту мысль из головы.

Бред какой-то. Вряд ли я ошибся в суждениях.

— Кстати, — поняв, что молчание затянулось, вновь привлёк к себе внимание Арвин. — А о какой именно тётушке Его Величества императора идёт речь? Насколько я помню, их у него аж пять красавиц. Какую он хочет выдать замуж по большой любви?

— Всех, — хмыкнул я, откинувшись на спинку кресла.

В этот момент послышались гулкий стук каблуков о помост, на котором стоял мой шатёр. Похоже, Ли Синь идёт. А значит, наше неформальное военное совещание вот-вот начнётся.

Нужно определиться с кое-какими деталями, прежде чем устраивать полноценное собрание со всей верхушкой штаба.

* * *

Штурм Варшавы начался буднично. Наши войска просто осадили город полукругом и атаковали укрепрайоны и центральную военную базу великого княжества. Разумеется, карты и планы местности у нас имелись, как и данные о расстановке врага и численности.

Всё шло гладко.

Если не считать ворчание Арвина.

— У меня кофе остыл, подайте новый! — размахивая над головой чашкой, бухтел наш министр.

Придавленные нашими должностями мы с ним сидели в главном штабе и наблюдали за ходом операции, развалившись в удобных креслах.

Чашку Арвина учтиво забрал приставленный к нему лейтенант. Мой друг протяжно выдохнул и повернул голову:

— А-аск, — заканючил он. — Ну можно мне тоже подраться, а?

Я медленно выдохнул, стараясь держать себя в руках.