пива. Вольф уже начал подумывать о том, чтобы сбежать из города. Из-под земли — пустяк, ты из отцовского замка попробуй достань… — Ерунда, — сказал Ксавье, — это не полицейские. — Ты уверен? — мгновенно успокоился Цайт, — Думаешь, подделка? — Может и настоящий, — Ксавье подкинул значок на ладони, — да вот только он один на двоих. Я так полагаю, из тайной полиции — тот, которого мы приняли за Йохана. Все трое посмотрели на покойника. — Зачем они его убили? — поинтересовался не в меру любопытный Цайт. — Возьми да спроси. Ксавье, что теперь с трупами делать будем? Вопрос. Дома Ксавье и не задумался бы: закопали где-нибудь в горах или… Или, если бы мертвецы оказались незнакомыми, оттащили бы отцу, чтобы вместе понять, кто это такие, откуда взялись и что теперь делать. Дома жизнь была опасной. Да и здесь, как оказалось, неспокойной… Скрип шагов по снегу. Ксавье поднял руку вверх: — Тихо. Сюда идут. Из того самого узкого переулочка, откуда тащили убитого полицейского, слышались шаги, неуверенные, как будто шагавший был серьезно ранен. Или смертельно пьян. — Четыре, четыре, четыре поросенка… — затянул хриплую песню качающийся от стены к стене человек. Голос был знакомый. Очень знакомый. — Йохан? — первым сообразил Цайт. Человек тут же сбросил притворное опьянение и поднял голову: — Ребята? Что вы тут делаете? И зачем вы убили этих троих? — Тебе бы в полиции служить. Прямо как на допросе… — начал было Цайт, но договорить ему не дали. — Йохан! Медведь ты дикий! Куда ты пропал?! Что за холера?! — наперебой завопили Вольф и обычно спокойный Ксавье, обнимая приятеля. Йохан отстранился, опустил голову, набычась, как будто собрался бодать товарищей: — Мне было нужно выйти. Я захотел выйти. Мне просто понадобилось выйти, — бубнил он монотонно. Ксавье и Вольф замолчали. — Йохан, ты в порядке? — Мне просто надо было выйти… — Йохан? — Я просто захотел выйти… — Йохан! Бормотание прекратилось. Йохан поднял голову, взгляд его прояснился: — Ребята, — в голосе прозвучали умоляющие нотки, — Не спрашивайте меня. Просто не спрашивайте. Я вышел, немного прогулялся, потом… — он запнулся, — потом… Потом просто сидел и смотрел на реку. — А сюда ты зачем пришел? — Стреляли. — Холера, а пьяным-то зачем притворился? Йохан пожал плечами: — Стреляли. Вольф огляделся. Дома смотрели на них черными окнами, нигде не мелькал огонек свечи, нигде не горел свет. Но кто знает, сколько человек сейчас смотрят на них из-за штор. — Нужно уходить, — высказал общее мнение Ксавье. — А с трупами что делать?